Информационное обозрение

Интервью

В Приднестровье молодое поколение выступает за идеологию евразийской интеграции — Евгений Шевчук

Евгений Шевчук

 

Интервью Президента Приднестровья Евгения Шевчука Информационно-аналитическому порталу “Центр Льва Гумилева”

Господин президент, сейчас активно обсуждается вопрос о евразийской интеграции. В.В. Путин заявил о том, что евразийская интеграция есть основание российской внешней политики. В связи с планирующимся созданием Евразийского союза на базе Таможенного союза, с присоединением разных стран СНГ к евразийской интеграции, как Приднестровье относится к этой инициативе, как планирует на неё ответить или прозвучать в этом направлении?

Евгений Шевчук:
 Мы поддерживаем эту инициативу. Она базируется на желании большинства граждан Приднестровской Молдавской Республики участвовать в интеграционных проектах под эгидой Российской Федерации. Мы считаем, что в условиях рисков, в которых сейчас находятся страны бывшего Советского Союза, страны СНГ, необходимо консолидировать усилия, восстанавливать ранее существовавшие экономические связи, развивать и укреплять новые. Это очень важно, потому что негативные процессы есть почти в каждой стране. И эти негативные процессы говорят о необходимости принятия шагов, которые позволили бы противостоять рискам, о которых я говорил выше.
Евразийский интеграционный проект фактически создаст предпосылки и условия для развития стран, а значит, для жизни граждан. А жизнь граждан – это главное.

– Приднестровье всегда заявляло о своей приверженности идеи интеграции напрямую с Россией, с русским культурным миром. Нет ли тут какого-то различия, или это одно и то же для вас – евразийская интеграция и ориентация на Россию?

Е.В. Шевчук: Эти два направления схожи. Интеграция включает в себя не только вопросы экономики. Надо учитывать еще и исторический базис, и культуру. Всё переплетено и взаимосвязано. И мы считаем, что историческое развитие рано или поздно приведёт к тому, что интеграция состоится. Мы видим, как в силу разных обстоятельств люди просто покидают свои страны. И мы выступаем за то, чтобы прогрессивные люди в этих странах находили инструменты для ускорения процесса интеграции, чтобы защитить людей, экономику, условия для жизни. Вместе, объединившись, в условиях мировой экономической нестабильности будет легче противостоять угрозам.

– Традиционно Приднестровье связывает с Молдовой множество отношений самых разнообразных. Мы видим, что сегодня Молдова находится в сложном состоянии: одна часть общества готова хоть завтра присоединиться к России, как показали неожиданные результаты социологических опросов, другая часть общества, элиты, по-прежнему тянет страну в Румынию. Каким вы видите геополитическое будущее Молдовы, и каким в этой связи вам видится будущее Приднестровской Молдавской Республики?

Будущее Приднестровской Молдавской Республики мне видится в составе евразийского пространства. Сейчас сложно говорить, в какой именно форме. Различные научные круги предлагают разные формы участия. Мы видим будущее именно в евразийских интеграционных проектах.
Что касается Молдовы, то, безусловно, сложно спрогнозировать ее судьбу. В 20 веке Приднестровье прожило с Молдовой не более пятидесяти лет. И мы видим, какие процессы происходят там сегодня. Нас беспокоит, что в Молдове падает уровень жизни, что многие граждане покидают это государство в силу разных обстоятельств, в том числе экономических. И мы видим, насколько радикализируются настроения в самой Молдове, именно в той части, которая выступает фактически за утрату суверенитета Республики Молдова. Безусловно, мы с уважением относимся к выбору этой части населения Молдовы. Но, вместе с тем, мы предполагаем, что рано или поздно станет очевидным: путь в Румынию не приведёт к процветанию Молдовы. Насколько мы понимаем, интеграционные процессы Молдовы с Румынией динамично развиваются и укрепляются. Мы видим, как увеличивается число граждан, получивших паспорта Румынии, но проживающих в самой Молдове. Мы видим и рост количества граждан РМ, которые проходят обучение в различных учебных заведениях Румынии.

На протяжении последнего времени в Республике Молдова ощущается нестабильность в сфере политической управляемости. Часто происходят выборы, идет поиск форм, как сделать управляемым данное государство. Различные коалиции собираются, а потом распадаются. Это привносит дополнительный элемент нестабильности.

Мы, в Приднестровье, выступаем за то, чтобы жить и развивать добрососедские отношения, укреплять их, торговать с соседями, ездить в гости. Но мы не одобряем подходы принудительного вовлечения Приднестровья в проекты, которые наши граждане не поддерживают.

Сейчас мы видим обратную сторону экономической интеграции в Евросоюз, то есть те страны, которые объединились недавно с Евросоюзом, сегодня практически подошли к экономическому разорению. Это и Греция, и Кипр, и прибалтийские страны. То есть этот миф о благоденствии после вступления в Европейский союз, благоденствии, которое несёт в себе евроинтеграция, на глазах фактически потерпел крах, как и большинство программ в этом направлении, вроде Восточного партнерства. Приднестровье ориентировано на евразийскую интеграцию, на постепенное вступление в Таможенный союз и в Евразийский союз. Что бы Вы порекомендовали большому количеству евроинтеграторов, которые сейчас и в Украине, и в Молдове активно тянут свои страны в Евросоюз? С точки зрения экономики…

Здесь очень много слагаемых. Ведь то, что происходит в Европейском союзе, – это производное от происходящего в мире, прежде всего, всех экономических процессов. Безусловно, высокий уровень жизни в странах Европейского союза был одним из привлекательных моментов для всех стран. Но то, что происходит там сейчас, говорит о негативных тенденциях и является показательным для всех. Кто бывает в Греции, кто бывает в Португалии, видит высокий уровень безработицы, упадок в целых отраслях экономики. И возникают вопросы, когда, с одной стороны, мы видим конкретные показатели негативных процессов в Европейском союзе, а с другой стороны, в Украине, Молдове всё более активной становится дискуссия об интеграции в той или иной форме с Европейским союзом. Наверное, причины связаны в большей мере с тем, что некоторые представители элиты хотят удержаться у власти, используя такие интеграционные проекты. А возможно, и в том, что некоторые – и это не секрет – имеют свой бизнес, экономические интересы на территории Европейского союза.

Конечно, определённые выгоды в торговле с таким глобальным экономическим союзом, как Европейский союз, есть. Но есть очень большой блок вопросов, прежде всего, – что выиграет государство от этой интеграции?
Мы знаем о тех переговорах, которые ведёт Молдова с Европейским союзом по подписанию соответствующего соглашения. Мы являемся наблюдателями в этих переговорах и анализируем для себя возможные последствия. И приходим к выводу, что если эти соглашения будут реализованы в том виде, в котором сейчас есть, то, на наш взгляд, не создадут условий для развития высокотехнологичных производств в самой Молдове.

У каждого государства есть свои национальные интересы, интересы своей экономики. И если власти той или иной страны видят перспективы в европейском пространстве, в экономическом, в политическом проекте, мы с уважением к этому относимся. Но считаем, что многие аспекты этих перспектив не раскрыты и не доведены до широких слоёв граждан той или иной страны.

Многочисленные планы всегда были по федерации или конфедерации Приднестровья и Молдовы с самого начала конфликта – мы знаем, что самым громким был и обсуждался план Козака об объединении на каких-то основаниях Приднестровья и Молдовы, но я думаю, в ситуации, когда прорумынская власть фактически правит Молдовой сегодня, это вряд возможно, но в Молдове есть силы, например, Коммунистическая партия идет на выборы в связи с вступлением в Евразийский союз. При каких-то обстоятельствах гипотетических, возможно ли когда-либо говорить о каких-то формах конфедерации Приднестровья с Молдовой? И, если возможно, то о каких?

Насколько нам известно, Коммунистическая партия Молдовы, которую возглавляет господин Воронин, в последнее время чётко и ясно артикулирует свое стремление всё-таки к европейской интеграции, а не евразийской. По крайней мере, из каналов средств массовой информации нам очевидно, что они выступают за другой вектор интеграции. Это их право.

Возвращаясь к тем проектам, которые уже были в истории, а их было действительно много, – и конфедерация, и федерация, и автономия. Все эти проекты ранее находились на столе переговоров, но в силу различных обстоятельств не были поддержаны и реализованы. На мой взгляд, сейчас говорить о политической формуле, которая была бы положена в основу реального урегулирования, просто не приходится. Если мы говорим о цели формирования условий для жизни граждан, – это и экономика и другие составляющие, – необходимо, чтобы эта формула была поддержана большинством граждан. Попытки навязывания какой-то формулы извне при информационном, дипломатическом, военном, экономическом давлении, не приведут к разрешению конфликта, а переведут этот конфликт на другие стадии. Поэтому мы всегда предлагали формулу, по которой урегулирование должно базироваться на желании большинства граждан. Это залог успеха того или иного проекта урегулирования. Но сегодня мы видим, как некоторые политические представители пытаются предложить формулу политического урегулирования «сходу».

Хочу напомнить, что Приднестровье через несколько лет уже будет праздновать своё 25-летие – это четверть века. Приднестровье находится в условиях экономического, политического и иных форм давления. Но республика живёт, развивается. Да, мы признаём, есть много проблем из-за отсутствия политического международного статуса. Вместе с тем граждане Приднестровской Молдавской Республики в большинстве своем не изъявляют желания объединяться с Молдовой. Это говорит о том, что нужно искать свою уникальную формулу урегулирования, которая базируется на мнении людей. Мы её предлагали. Эта формула не включает ничего нового. Это базовые принципы Декларации прав человека, базовые принципы Организации Объединённых Наций, принципы, которые основываются на мнении людей. Но пока эта идея широко не поддерживается странами-участниками переговорного процесса. Мы предлагаем следующее: несмотря на то, что политической формулы урегулирования с точки зрения международного признания нет, следует создавать условия для жизни граждан. Мы считаем, что нельзя связывать политические пристрастия с непосредственной каждодневной жизнью людей. Если у человека есть право выбора, если у него своё мнение, в том числе и в политических вопросах, он не должен лишаться возможности получать качественные медицинские услуги, работать, жить. Поэтому мы выступаем за то, чтобы международное сообщество не создавало предпосылки для различных экономических санкций, каких-то транспортных блокировок, которые ощущают в Приднестровье. Тогда это будет свидетельствовать о том, что во главу угла при разрешении столь длительного конфликта ставится человек, а не амбиции тех или иных политических представителей разных стран.

Вы упомянули, что через пару лет будет праздноваться 25 лет со дня основания Приднестровской государственности. Безусловно, за эти годы сформировался особый тип приднестровца, который уже отличим, и, допустим, в России, что вот «мы из Приднестровья» – может быть это ещё не политическая нация, но какой-то образ человеческого такого социального общежития. Может, Вы скажете, как сами себя воспринимают приднестровцы, в чём секрет «приднестровства», кто они с точки зрения идентичности – может быть, советские люди или евразийцы, европейцы, украинцы, может быть, казаки? Как вы объясните?

Это очень трудолюбивые, очень терпеливые люди, которые в 20 веке прошли войну, не один год находятся в условиях экономических санкций – и, кстати, они ещё действуют. Приднестровцы прошли те сложности, которые не переживали граждане других признанных государств.

Представьте себе, что на территории бывшего СССР за редким исключением остался Нагорный Карабах, ну и Приднестровье, которые не имеют определённого международного политического статуса. Это очень непросто, когда у тебя этого статуса нет. Это создаёт серьёзные проблемы. И нужно мужество, терпение, а самое главное – огромная любовь к своей Родине, чтобы переживать эти сложности и отстаивать право на свободу своего самостоятельного выбора.

В Приднестровье растёт молодое поколение, которое родилось и выросло здесь, поддерживает цели формирования нашего государства, а также генеральную линию – интеграцию под флагом Российской Федерации. Идеологию, которая сейчас только развивается в России, в Белоруссии и в Казахстане. У нас очевидные экономические и социальные проблемы, и они наталкивают людей на мысль о том, что в любом случае нужно защищать свой родной край и делать всё возможное, чтобы Приднестровье стало частью интеграционных проектов, о которых мы говорили выше.

И последний вопрос. Сейчас сам по себе межнациональный вопрос очень остро стоит во многих странах, и в Евросоюзе. Мы видим, что они не могут решить очень многие свои межнациональные вопросы. Он очень остро стоит в России, а вот в Приднестровье сформирован уникальный опыт, как мне кажется, бесконфликтного комфортного существования в одном государстве представителей разных народов, этносов. Поделитесь, пожалуйста, в чём секрет приднестровской дружбы народов? Почему за всю историю существования Приднестровья, насколько я знаю, не было каких-то ярко выраженных конфликтов между народами, хотя в соседней Молдове, например, постоянно что-то происходит, и Украина не блещет толерантностью – тот же Крым там постоянно… В чём приднестровский секрет межнациональных отношений?

Это история. Приднестровье на протяжении веков было границей Российской империи, а на границе, как обычно, есть определённые сложности и проблемы, происходят войны. Современное поколение тоже пережило военную угрозу, переживает различного рода блокады, экономические сложности, которые навязываются извне. И люди объединяются для преодоления внешних проблем. Таким объединяющим фактором в Приднестровье является русский язык. Большая часть населения говорит на русском языке. Но мы стараемся создавать условия для развития трёх официальных языков республики – и русского, и украинского, и молдавского. У нас нет проблем в общении на любом из официальных языков. Мы пытаемся развивать культуру: и украинскую, и русскую, и молдавскую. Такое толерантное отношение этнических групп, на мой взгляд, является показательным. Это для нас очень дорого и ценно. Мы всячески будем поддерживать и развивать дружбу между разными национальностями. Приднестровцы понимают, что в основе – даже не национальность, в основе – человек.

Беседовал Павел Зарифуллин
Фото Пресс-службы Президента ПМР

Центр Льва Гумилёва (Москва).

См. также:

Материалы по теме:

О будущем евразийской интеграции на краю Старого Света - Тамара Меликсетян
Путь к новому союзу - Семён Уралов
ВИДЕО: Президент ПМР Евгений Шевчук на передаче молдавского канала TV7 "Politica"
Украину ждёт воссоединение с Россией - Анатолий Вассерман

npb-logo-ru-1
ru_1

euraz_segodnea_11

banner_en_2013_1