Информационное обозрение

Интервью

Союзная Молдавия. Представители трёх левых партий о внутренней политике и интеграции в Таможенный Союз — Артём Бузила

Артём Бузила

 

 

28 ноября республика Молдавия подпишет (или парафирует, что, по сути, имеет одинаковый смысл) Ассоциацию с Европейским Союзом, чем официально отвернёт себя от Евразии. По крайней мере, в ближайшем будущем. Однако ситуация выглядит гораздо оптимистичней, чем, например, на Украине. В первую очередь потому, что идея евразийской интеграции в Кишинёве и других молдавских городах сегодня серьёзно поднимается политиками, общественниками, журналистами самого высокого уровня. Корреспондент «Однако.Евразия» Артём Бузила побывал с рабочей поездкой в Кишинёве и пообщался с рядом молдавских политиков с целью выяснить, есть ли евразийское будущее у Молдовы и кому под силу это будущее обеспечить.

Серия интервью логически продолжает материал В. Букарского «Левый фронт в Молдавии — евразийский ответ Вильнюсу», в котором высказана надежда на единство левых партий перед лицом общей угрозы. В частности, политики комментируют возможность такого объединения.

 

Виктор Шелин

 

Первый собеседник — лидер Социал-демократической партии, крупный бизнесмен Виктор Шелин. Известность на евразийском пространстве Шелин приобрёл после того как инициировал сбор подписей молдавских граждан в пользу референдума по интеграции в Таможенный Союз. За 3 месяца удалось собрать более 200 000 подписей, но ЦИК отклонил просьбу о волеизъявлении граждан. Однако лидер социал-демократов оставлять борьбу за евразийское дело, судя по всему, не намерен.

— В своё время вы как политик и ваша партия стали широко известны тем, что собирали подписи по проведению референдума по вступлению Молдавии в Таможенный Союз. ЦИК вам отказал, признав большое количество подписей недействительными. Чем всё в итоге закончилось? И будете ли возобновлять работу в этом направлении?

— Понимая тенденции на евразийском пространстве, понимая, что при вступлении в Таможенный союз мы начнём получать товары без экспортной пошлины: стратегические ресурсы, газ, нефть, бензин, и проанализировав другие плюсы интеграции, Социал-демократическая партия выступила с инициативой о присоединении к ТС.

Так вот, весной-летом 2012 года, в течение 3 месяцев, мы собрали 260 000 подписей, необходимых для референдума. При этом лично отселектировали 30 тысяч. ЦИК, чтобы показать, что в Молдове есть демократия, разрешил нам сбор этих подписей. Но когда дело дошло до признания подписей, то 197 тысяч признали недействительными. Мотивировали это тем, что исходные данные написаны не рукой подписавшихся. Абсолютно надуманная причина, за все годы существования Молдавии исходные данные агитаторы писали сами. Люди бывают разные — плохое зрение, у кого-то нет руки, кто-то не сможет написать грамотно.

Так вот, в итоге ещё и было возбуждено уголовное дело по факту сбора подписей. Из-за чего нам, кстати, не смогли объяснить, какие подписные листы не соответствуют требованиям, ведь их изъяли как вещественные доказательства. И через год прокуратура выявляет в рамках уголовного дела не более 500 сомнительных подписных листов. Следовательно, все остальные подписные листы — действительные. Поэтому проводить сбор подписей заново мы не будем, будем требовать, чтобы прокуратура вернула листы обратно в ЦИК, будем проводить различные протестные акции в этом направлении.

 А как с другими партиями обстоит сотрудничество? Ведь референдум — это уже конкретная инициатива по евразийской интеграции. Разве они не поддержали вас?

— Только Народно-социалистическая партия Виктора Степанюка вместе с нами принимала участие в сборе подписей. Остальные партии левоцентристского толка подписи не собирали. Более того, лидер Партии коммунистов Владимир Воронин дал приказ примарам-однопартийцам не ставить печати на подписных листах. Даже либералы, либерал-демократы, демократы ставили, а в населённых пунктах, где коммунисты у власти, не поставили.

 Тем не менее, евразийская интеграция всё же овладевает массами, несмотря на все препятствия?

— Конечно. Ещё пару лет назад сторонников Таможенного союза было 30 процентов, сейчас их 60. Это в том числе и результат нашей работы, и результат того, как Европа себя здесь ведёт. Да и поведение России тоже играет роль — она ведь не применяет принцип мягкой силы по отношению к Молдавии.

 Кстати, а Вы лично не считаете политику России по отношению к Молдавии ошибочной, излишне мягкой?

— За 20 с лишним лет Россия никоим образом не строила политику продвижения своих национальных интересов в республике. Не финансировались неправительственные, общественные организации, направленные на интеграцию в СНГ, Евразийский Союз, политические партии, СМИ. Даже российские телеканалы сегодня находятся в руках олигархов из «Альянса за европейскую интеграцию», там вырезаются блоки новостей или передачи, которые продвигают российские интересы. Зато обратную политику в этом направлении проводил Запад, Европа и США. Со стороны России не было даже мягкой силы, о которой я упоминал.

 А пресловутые «винные запреты» — разве не начало применения этой самой мягкой силы?

— Объём поставок винной продукции в Россию — всего 50 миллионов. Это не так уж и серьёзно бьёт по экономике. Если бы Россия ввела эмбарго на сельхозпродукцию, другое дело. Потому что то, что выращивается в Молдавии, отправляется только на территорию России и СНГ. Это было бы намного эффективнее, если бы Россия захотела применить экономическое давление.

 К чему приведёт Ассоциация с Европейским Союзом?

— Это будет массовое обнищание народа. Я в этом уверен, хотя, кстати, текст документа, который мы собираемся подписывать, нам до сих пор не показали. Но если судить по тому, что я видел в документе по Ассоциации с Украиной, это означает массовую скупку европейцами земель, обнищание крестьян, закрытие производств. Наши производства не соответствуют стандартам Евросоюза и быстро переоснаститься не смогут. Зато сюда приедут иностранцы с деньгами, а мы просто отдадим рынок сбыта. Национального производителя же ждёт смерть, его и так у нас сейчас мало, но никакой конкуренции западному производителю мы составить не в состоянии.

 В таком случае, будете проводить акции протеста против Ассоциации? Может, будете поднимать народ, тех же работников сельского хозяйства, бизнесменов, промышленников?

— Нет, мы не будем проводить акции против подписания самой Ассоциации. Наши акции, скорее, будут направлены на раскрытие самого текста договора — раз. Второе — мы будем требовать провести референдум по вопросу внешней политики.

 Собираетесь ли вы идти на парламентские выборы, будь то досрочные или срочные, с кем-то из других политических сил?

— С коммунистами этот вариант исключён. Они в своё время не дотянули до конца вопрос относительно голосования по референдуму по Таможенному Союзу в парламенте, по которому у нас были совместные договорённости.

С кем мы будем координироваться — так это с представителями гражданского общества, с представителями политических партий, которые выступают за народовластие в виде единого фронта за Молдавию. Однако конкретных лиц я пока назвать не готов.

 

Игорь Додон

 

Второй собеседник — Игорь Додонлидер Партии социалистов республики Молдавия. В прошлом Додон был одним из лидеров Партии коммунистов, несколько лет занимал пост министра экономики и торговли в соответствующем правительстве, затем, уже оппозиционером, едва не стал мэром Кишинёва (проиграл действующему примару-унионистуДорину Киртоакэ 0,2 процента). Сегодня Додон возглавляет свою политическую силу, активно продвигает идеи евразийской интеграции, а также собирается создать в новом парламенте «Альянс за евразийскую интеграцию».

 В своё время, в 2011 году, вы проголосовали за президента Николае Тимофти. Сейчас, по прошествии времени, не жалеете, что поддержали этого человека?

— Я жалею, что не было другого кандидата. У нас тогда была возможность, я общался с лидером коммунистов Владимиром Ворониным, предложил ему, чтобы они выдвинули любого другого кандидата, за которого мы могли бы проголосовать.

В сложившейся ситуации у нас не было других вариантов. Иначе были бы досрочные парламентские выборы и «Альянс» взял бы большинство уже до 2016 года, либо спикером стал бы унионист Михай Гимпу, которого мы категорически не могли допустить к власти. Будь у нас 15 мандатов в парламенте, мы бы выдвинули кандидатом нашего депутата, экс-премьер-министра Зинаиду Гречаную.

 А разве между Тимофти и Гимпу есть особые отличия в плане унионизма? Например, во время своего первого визита в Румынию Тимофти заявил, что в Молдавии проживают румыны.

— По крайней мере, до своего президентства Тимофти вёл себя по-другому. Потом с ним определённые метаморфозы произошли. Но не дай бог, чтобы он стал таким как Гимпу, потому что тот является открытым унионистом.

 Вы ставили действующему президенту 10 условий, согласно которым Вы готовы его поддержать. В частности, там был и пункт в отношении внешней политики, баланса между Европой и СНГ. Тимофти в то же время проявил себя как радикальный евроинтегратор.

— Да, Тимофти как минимум нарушил этот пункт. Как максимум — могу вспомнить ещё и молдавский язык, который глава государства считает румынским. Поэтому в любой момент мы готовы проголосовать за его отставку.

 В своё время, выходя из Партии коммунистов, Вы предлагали одну интересную инициативу. В частности, говорили о необходимости развивать партийные отношения с союзниками из других государств евразийского пространства — «Единой Россией», «Нур Отаном», Партией регионов (которая тогда ещё частично стояла на реинтеграционных позициях). Сейчас, уже в формате Партии социалистов, налажены какие-то связи?

— Да, связи мы развиваем, но до конкретных соглашений на партийном уровне пока не дошло. Сегодня мы не ставим это в приоритет, пока это всё остаётся на уровне контактов.

 Россия ввела винное эмбарго на соответствующую молдавскую продукцию. Поддерживаете ли Вы такие действия со стороны Москвы?

— Здесь речь идёт о качестве вина, поэтому если есть претензии к качеству, определённые меры необходимо предпринимать. Поэтому здесь речь идёт не только о политике.

В то же время я не согласен с теми политиками, которые радуются этому запрету. У меня есть информация, что вино в скором времени вернётся на рынок. Будем делать всё возможное, использовать наши контакты, чтобы продукция заняла своё место на российском рынке. За российский рынок в целом надо бороться, чтобы кто-то не думал, что Россия очень нуждается в наших товарах. Мы нуждаемся в российском рынке, потому что наша доля там очень маленькая, в любой момент Россия может заменить молдавский рынок.

 С подписанием Ассоциации Молдавия теряет российский рынок?

— Я думаю, что с подписанием договора о свободной торговле с Европейским Союзом такая возможность имеется. Дело в том, что республика ратифицировала аналогичный договор со странами СНГ. Там есть пункт, что если одна из сторон, а в данном случае — Молдавия, подписывает соглашение с кем-то другим, то Россия и страны Таможенного Союза в целом могут ввести ограничения на импорт товаров из этих стран.

Вероятность применения таких санкций очень высокая. В этом случае мы можем потерять рынок, на который экспортируется 35 процентов всего экспорта. Это будет губительно для Молдавии.

 Может ли торговля с Европой заменить Россию?

— Нет шансов, что европейский рынок решит эту проблему. Мы на европейском рынке со своими товарами неконкурентоспособны. У самих европейцев есть много производителей конкретно этих товаров. И мы не сможем конкурировать с европейскими товарами, исходя из системы субвенцирования, которая там есть. С подписанием договора с Европой мы можем полностью уничтожить отечественного производителя. Я думаю, что, скорее всего, до этого дойдёт, если оно вступит в силу.

 Считаете ли Вы поведение России по отношению к Молдавии правильным? Не излишне ли мягкая позиция, в сравнении с той же Украиной.

— Линия российского руководства по отношению к Молдавии как раз и зависит от ситуации с Украиной. Если Украина окончательно пойдёт в Евросоюз, то это одна ситуация. Если нет, будет другой сценарий.

Я думаю, что линия как Европейского Союза, так и России будет отталкиваться от того, что случится в Вильнюсе, с оглядкой на последующие выборы, что в Молдавии, что на Украине. На Украине, например, будут президентские выборы, и если президентом украинского государства станет проевразийский политик, это ведь совсем другая ситуация.

Думаю, что Молдавия в ноябре только парафирует, но не подпишет Ассоциацию с ЕС. Подписание европейцы оттянут до парламентских выборов. Да и подписание — это ещё не членство. Турция подписала Ассоциацию давным-давно, но до сих пор членом Евросоюза не является.

 Ряд левых партий сейчас проводит акции протеста против европейской интеграции. Как дела у социалистов на этом фронте?

— В будущем мы планируем проводить акции, в том числе и на эту тематику. Через наши СМИ, через различные мероприятия будем доносить идею, что Европейский Союз, европейская интеграция ничего позитивного для Молдавии не даст.

Делать или нет акции с другими партиями? Мы всегда говорили, что готовы идти на сотрудничество. Всё зависит от самой акции. Если кто-то захочет брать штурмом парламент, мы на это не пойдём. Если идёт речь о демократических акциях, то пожалуйста, участвовали и будем участвовать.

Кстати, я предлагал в своё время в парламенте сделать «Альянс за евразийскую интеграцию». Может, не совсем «Альянс», потому что это слово себя дискредитировало. Межфракционное объединение депутатов. Я вообще считаю, что на следующие парламентские выборы, если мы хотим победить проевропейские силы, надо идти если не общим флангом, то максимально договорившись на берегу, кто наш общий враг, договориться об общих ценностях и стратегии.

 А что по поводу партийной стратегии на парламентских выборах? Сейчас на каждом углу трубят о «левоцентристском блоке».

— Переговоры идут, и конкретные результаты мы огласим не раньше марта-апреля. Но мы чётко для себя уяснили, что идём как Партия социалистов. И есть левые партии, которые готовы идти под знамёнами социалистов. Плюс на этот процесс повлияет и форум «Восточного партнёрства» в Вильнюсе, от этого много будет зависеть.

 А с коммунистами как?

— С Ворониным я готов сотрудничать, с талибанами из Партии коммунистов — ни в коем случае. Я так называю группу Марка Ткачука, отдельное крыло в партии. Я думаю, что Воронину следует собрать команду антиевропейски, антиальянсовски настроенных единомышленников, общий фронт. Это не обязательно общие списки. Можно, конечно, как в Грузии — «Грузинская мечта», которая в итоге взяла власть. Возможен и другой вариант: идём разными партиями, договариваемся не критиковать друг друга, а критиковать только «Альянс», после этого идём дальше.

Мы готовы поддерживать здоровые инициативы коммунистов, в том числе и в парламенте. Например, мы голосовали за постановление коммунистов о вотуме недоверия правительству. Тогда как коммунисты ряд наших законов не поддержали. Например, наши предложения о социальных выплатах. Коммунисты голосовали против.

На уровне Кишинёва — мы собрали подписи по отставке мэра Дорина Киртоакэ. Они не поддержали нас и выдвинули свой проект. И мы «за» проголосовали, кстати.

 По поводу Приднестровья. Вас часто приглашают на различные конференции, обсуждения в Тирасполь. Как Вы видите решение этой проблемы? Особенно в свете того, что «Альянс» недавно установил миграционные посты на границе с ПМР.

— Мы категорически против этого решения, которое продвинули унионисты. Мы за него, разумеется, в парламенте не голосовали.

Что касается самой проблемы, то я считаю, что единственное решение — это создание федерации. Более того, группа наших и приднестровских экспертов работает над общим планом федерализации Молдовы, это будет серьёзный детальный документ. На данный момент могу сказать, что документом предполагается три субъекта федерации: Приднестровье, Гагаузия, Правобережье.

 

Василий Шова

 

Третий собеседник — Василий Шова, депутат, экс-министр реинтеграции. Партия коммунистов Республики Молдавия застолбила за собой имидж эдакой молдавской Партии регионов. В своё время, в 2001 году, она пришла к власти на лозунгах интеграции с Россией и постсоветским пространством, однако уже вскоре поменяла свой вектор на европейский. Тем не менее, после своего низвержения в результате цветной революции весной 2009-ого, коммунисты снова вернулись к евразийским идеям. В Партии коммунистов обвинения отрицают: доказывают, что лишь хотели модернизировать Молдавию по европейскому образцу, в то время как вопрос реального вступления в Европейский Союз никогда не стоял на повестке дня. Экономические же интересы республики, по мнению коммунистов, в ближайшие десятилетия однозначно лежат на Востоке.

— В недавнем времени коммунисты попытались организовать Бархатную революцию с целью отстранения от власти «Альянса за европейскую интеграцию». Какие основные претензии к действующей власти? Можно тезисно?

— В Молдавии катастрофическая ситуация. И в экономике, и в социальной сфере, и во внешней политике. Поэтому мы приняли решение действовать законными, легальными способами, организовать акции протеста. Наше требование: действующая власть, «Альянс за европейскую интеграцию», должен уйти в отставку.

Внешний вектор — это первая претензия. Мы считаем, что по такому важному и глобальному вопросу, как внешнеполитическая интеграция, мы должны провести референдум. По всем социологическим опросам, более 60 процентов не поддерживают евроинтеграцию так, как власть её преподносит и проводит в жизнь. Кроме того, власть на каждом шагу твердит о своей европейскости. В Европе постоянно проводятся референдумы, давайте в этом плане поступим как европейцы.

Мы требуем обнародовать текст соглашения Ассоциации с Европейским Союзом. Мы уже на грани парафирования договора, но мы до сих пор не знаем, что ждёт нашу экономику, что ждёт наши предприятия в результате.

Далее идёт внутриполитический вопрос. 90 процентов правительства — это тот же состав, что был отправлен в отставку весной за коррупцию. Сменился премьер-министр, сменилось несколько министров, но, по сути, состав остался прежний. Отсюда и продолжение этого коррупционного курса.

Выход из всего этого — досрочные парламентские выборы. Это наша принципиальная позиция.

— По поводу внешней политики. С 2001 по 2009 год, когда коммунисты находились у власти, вы придерживались европейского вектора. Как только вы превратились в оппозицию, стали придерживаться альтернативного вектора. С чем это связано? С электоральными выгодами?

— Речь шла о европейской модернизации Молдавии, а не о вступлении в Европейский Союз. Мы хотели построить современное, демократическое государство, которое будет интересно и на Востоке, и на Западе. В Европейский Союз нас не собирались принимать тогда, не собираются принимать и сейчас.

Интересный момент: при нас европейскую интеграцию поддерживало около 70 процентов населения. Сейчас цифры не превышают даже 50 процентов.

Кроме того, что интересно — когда мы находились у власти, любые наши действия Европой рассматривались буквально под микроскопом. Но за 4 года нахождения «Альянса» у власти было столько поступков, что, думаю, делай это мы, коммунисты, Молдавию уже давно бы исключили из Совета Европы.

 Хорошо, ну а если народ, как вы говорите, на референдуме поддержит европейскую интеграцию, стоит снова ожидать от Партии коммунистов смены риторики?

— Если народ в нынешних условиях поддержит европейский вектор, мы, Партия коммунистов, будем демократическим способом объяснять, проводить агитацию за то, что данный путь не является правильным политически и экономически для республики.

 То бишь, всё равно останетесь на евразийских позициях?

— Да. Опыт южноевропейских стран (Болгарии, Румынии) показывает, что для полноценной европейской интеграции нужны десятилетия модернизации, чтобы соответствовать каким-то рамкам и стандартам, принятым в Европейском Союзе, чтобы туда заходить не с протянутой рукою. Хотя лично я убеждён, что западный и восточные блоки в скором времени объединятся экономически и будут составлять единое пространство. Это обязательное требование для выживания в условиях глобализации.

 Многие ставят вам в претензию то, что при власти коммунистов в стране продолжалось изучение румынского языка и румынской истории. Сейчас вы стоите на молдовенистских позициях, но что мешало раньше проводить эту политику в жизнь?

— Тут вы неправы. Нами была принята концепция национальной политики, против которой идёт жесточайшая борьба со стороны действующей власти. Сегодня ряд партий парламентского большинства хотят сделать этот документ, принятый парламентом при нашем правлении, недействительным. А он, напомню, подчёркивал молдавскую идентичность, полиэтничность молдавского общества, укрепление истории молдавского государства и народа. Это очень не по вкусу тем политическим силам, которым не нравится всё молдавское. Они хотят, чтобы всё перечисленное фигурировало как румынское.

Что касается истории, была введена дисциплина «всеобщая история», которая изучала, в том числе, и историю Молдавии вместо румынской истории. Сегодня власть вернула обратно «историю румын». Что касается изучения молдавского языка, то всё должно делаться постепенно, без катаклизмов, чтобы общество могло приспособиться. Грубо говоря, мы не успели до конца завершить этот вопрос. Но по крайней мере при нас никто не покушался на конституцию Молдавии и на молдавский язык, со стороны власти не было противодействия государственному языку.

 Поговорим о Приднестровье. Недавно молдавский парламент поддержал установку миграционных постов на границе Приднестровья с Молдавией… Коммунисты активно выступают за реинтеграцию региона, Вы считаете это решение «сдачей» Приднестровья действующей властью?

— Эта установка миграционных постов на Днестре — открытое предательство национальных интересов. Опять же, всё это происходит под диктовку Брюсселя, это ведь было обязательным условием для облегчения визового режима. Получается как в фильме «Иван Васильевич меняет профессию»: «Кемская волость? Забирайте!».

В Приднестровье, напомню, проживает около 300 000 граждан Молдовы. Как с ними поступает власть? Полностью отрезает их. Так вышло потому, что решение приднестровской проблемы требует глобального, комплексного подхода, поиска компромиссов — нужно делиться властью, бизнесом. Действующие молдавские власти на это не пойдут, лучше просто сбросить с себя этот балласт.

 Но вы, коммунисты, ведь тоже в 2003 году с меморандумом Козака могли решить приднестровскую проблему…

— Я до сих пор считаю, что подход ассиметричной федерации, который тогда рассматривался, является правильным. Мы и сейчас придерживаемся этой точки зрения. Плюс ещё есть вопрос миротворческой миссии. Смотрите, как действующие власти активно выступают за её реорганизацию и превращение в международную. Мы же считали и считаем, что если сейчас резко убрать российскую миссию, это чревато возобновлением конфликта. Более того, в 2009 году у нас были переговоры между президентами России, Молдавии, а также лидером Приднестровья относительно того, что миссия может быть изменена в случае урегулирования приднестровского конфликта. Но сейчас Приднестровью нужны определённые гарантии.

 Не считаете ли вы, что евразийская интеграция может стать шагом для урегулирования конфликта? Исчезнет камень преткновения между двумя берегами.

— Я частично разделяю такой подход, но не только в этом проблема. Мы должны убедить Европейский Союз каким-либо образом воздействовать на западного соседа (Румынию) заключить с Молдавией базовый договор о границе, который является основой взаимоотношений между любыми государствами. Нужны гарантии, что не будет претензий на молдавскую государственность, что Молдавия будет развиваться как суверенное, независимое, нейтральное государство. Эти гарантии, подчёркиваю, нужны не только Тирасполю, но и Кишинёву.

 Рядом есть ещё Украина, которая выбрала путь в Европейский Союз. Предположим, случается чудо, и Молдавия начинает интегрироваться в Союз Евразийский. Как будет преодолеваться «украинский барьер»?

— Ну, у нас есть выход через международный порт, например. Я думаю, что отсутствие общих границ с Евразийским Союзом не является препятствием и основной проблемой. Вообще, я думаю, сегодняшнее решение об усилении европейского вектора со стороны Украины носит политический, конъюнктурный характер. Я уверен, что интересы и Молдавии, и Украины по крайней мере в ближайшие 30–40 лет находятся на Востоке. Да, надо проводить реформы в юстиции, в плане соблюдения демократических норм, как в Европе. Но я убеждён, что необходимость экономической интеграции с Востоком мы на себе ощутим после подписания Ассоциации с Европейским Союзом. Многие эксперты ведь предупреждают, что будет со многими отраслями экономики и как они начнут уступать место дешёвым европейским товарам. Понимаете, будут банкротиться целые отрасли.

 Но разве дело только в экономике? Есть ведь и ценностные ориентиры. Например, закон «О равенстве шансов», расширяющий права гомосексуалистов, он ведь европейский по сути. В России такого нет, наоборот, пропаганду гомосексуализма пресекают.

— Согласен. Везде нужно знать меру и не переходить черту. Европа эту черту уже почти перешла, хотя все мы знаем о борьбе католической церкви против этих явлений. Но мы православная страна, церковь сегодня является нашим мощным союзником, или мы являемся мощным союзником церкви в этом вопросе.

Что же касается законов о защите гомосексуалистов. Эти законы навязываются Европейским Союзом неевропейскими методами. Потому что нельзя приезжать в Кишинёв и приказывать делать это. Они говорят: «В Европейском Союзе так принято». Подождите, но мы что, в Европейском Союзе? Или хотя бы кандидаты на вступление в него? Это псевдоаргументы, явный перебор и пересмотр всех духовных и ценностных ориентиров молдавского общества. Но власть идёт поперёк собственного народа, потому что это указание Брюсселя.

Напоминает, знаете, как когда-то были указания ЦК КПСС. Сейчас указания из ЦК Брюсселя, даже в ещё более жёсткой форме.

 Срочные будут выборы или досрочные, тем не менее, планируют ли коммунисты каким-либо образом объединяться с другими левыми партиями? В виде блоков, в формате выработки общей стратегии или каким-либо другим способом?

— Нужно уметь работать в коалиционном правительстве, несмотря на то, что сегодня рейтинг ПКРМ составляет около 60 процентов. На данный момент мы бы сами даже смогли избрать президента. Но в любом случае, нужно думать, как консолидировать левоцентристский электорат, чтобы исключить на перспективу резкие повороты в политике. Чтобы не получилось, как в 2009 году, когда после ухода ПКРМ к власти пришли крайне правые партии.

По социологическом опросам, опять же около 60 процентов жителей республики по своим политическим взглядам — это левоцентристы. Говорить о том, в каком формате мы пойдём на выборы, ещё рановато. Но в любом случае, нам уже нужно задумываться о консолидации. И о роли Партии коммунистов в этом консолидационном процессе — она должна быть важной, заметной и, не побоюсь этого слова, определяющей.

Артём Бузила, «Однако. Евразия»

http://www.odnako.org/blogs/show_33059/

Материалы по теме:

Евразийская интеграция - успехи и подводные камни - Ирина Корниенко
«Евразийский Союз - это Восточный фронт, где нет содомитов и нелюдей» - Каспарс Димитерс
"Гагаузия не выживает. Она живёт" - Василий Каширин
Приднестровский узел напряжения - Владимир Букарский

npb-logo-ru-1
ru_1

euraz_segodnea_11

banner_en_2013_1