Информационное обозрение

Новости Центра

«Евразийский проект России – шансы, вызовы, угрозы» — Стенограмма круглого стола Изборского клуба 18.11.2015 г.

ИК-3

18 ноября 2015 года в офисе секретариата Изборского клуба по региональной и международной деятельности прошел круглый стол на тему «Евразийский проект России – шансы, вызовы, угрозы» с участием постоянных членов Клуба и политиков, экспертов из Молдовы и Приднестровья.

С докладами выступили:

Антюфеев Владимир Юрьевич — министр государственной безопасности  Приднестровья в отставке;

Караман Александр Акимович – первый вице-президент Приднестровья, министр иностранных дел Донецкой Народной Республики;

Букарский Владимир Валерьевич – руководитель Единого информационно-аналитического центра «Евразия Информ»;

Цырдя Богдан Кайдарович – депутат Парламента Республики Молдова от Партии социалистов, доктор политологии, автор книги «Олигархическая Молдова»;

Жосу Виктор Иванович – депутат Парламента Республики Молдова с 1998 по 2001 гг., политолог, публицист;

Коровин Валерий Михайлович – директор Центра геополитических экспертиз, постоянный член Изборского клуба;

Подберезкин Алексей Иванович – политолог, директор Центра военно-политических исследований;

Кикешев Николай Иванович – писатель-историк, член международного движения «Всеславянский союз»;

диакон Андрей Титушкин – руководитель службы региональных связей, отдел по взаимоотношению Церкви и общества;

Фролов Кирилл Александрович – глава Ассоциации православных экспертов.

От региональных отделений в Круглом столе приняли участие Сергей Ушкалов (Брянск), Павел Мельников (Владимир), Валерий Акиньшин (Курск).

Стенограмма круглого стола:

Жосу-2

ШУРЫГИН В.В.(модератор круглого стола):

Тема круглого стола, еще раз, напомню, – евразийский проект России на южном нашем направлении: шансы, вызовы, угрозы. У нас сегодня гости из Молдовы. У нас гости от их близких соседей, близких нам по духу, из Приднестровья, которые до недавнего времени там трудились. У нас в гостях, естественно, наши философы и политологи из Изборского клуба. Я передаю слово нашему руководителю, Олегу Васильевичу Розанову.

РОЗАНОВ О.В., ответственный секретарь Изборского клуба:

– Уважаемые друзья, наша тема сегодня более чем злободневная потому что ситуация в мире с каждым днем становится все сложнее, не побоюсь этого слова, все запутаннее и запутаннее. По-моему, даже сами авторы проекта глобального хаоса не ожидали тех последствий, которые вызовут их действия. И в этой связи угрозы в отношении России возросли неимоверно.

Более того, угрозы всему постсоветскому пространству нарастают с каждым днем как снежный ком, поэтому наше обсуждение сегодняшнее должно в первую очередь сформулировать те предложения, которые мы готовы выдвинуть в адрес политического руководства Российской Федерации и наметить пути дальнейшего движения и интеграции постсоветского пространства и будущие контуры евразийского союза.

Молдавия в этой ситуации, несмотря на то, что является небольшим государством, является очень важным элементом борьбы за Россию и борьбы против России. Мы знаем, что незаконченный конфликт в Приднестровье, Гагаузская проблема, все это требует какого-то решения и выхода на какие-то компромиссы, которые бы устроили как Европейский Союз, так и Российскую Федерацию.

Сегодня наши гости, присутствующие здесь со стороны Молдавии (со стороны Кишинева) и со стороны Приднестровья внесут нам ясность в происходящее для более четкого понимания происходящего.  И надеюсь, что наше обсуждение будет сегодня бурным, но проходить будет в рамках братской любви и уважения друг к другу.

Предлагаю регламент для выступающих приглашенных гостей сделать в районе 10 минут, а выступления со стороны экспертов Изборского клуба, я думаю, достаточно на уровне семи минут. Сейчас я хочу передать ведение круглого стола своему другу и автору сегодняшнего нашего мероприятия, Владу Шурыгину.

ШУРЫГИН В.:

– Спасибо, Олег Васильевич. Друзья, я передаю слово гостям из Молдовы, и представлю их вам. У нас присутствует Владимир Букарский, это руководитель Единого информационно-политического центра «Евразия Информ», из Республики Молдова. У нас присутствует Богдан Цырдя, депутат парламента Республики Молдова от Партии социалистов, доктор политологии, автор замечательной книги «Олигархическая Молдова», которую мы уже успели посмотреть. И присутствует Виктор Жосу, депутат парламента Республики Молдова в 1998 – 2001 годах, политолог, публицист. Коллеги, давайте начнет Богдан Цырдя.

Цырдя-3

ЦЫРДЯ Богдан Кайдарович, депутат Парламента Республики Молдова от Партии социалистов, доктор политологии, автор книги «Олигархическая Молдова»:

– Спасибо. Я постараюсь быстро, тезисно. Много информации, хочется все сказать. Эта ситуация, я считаю, частично, по крайней мере, свойственна для всех стран «Восточного партнерства», то есть Украины, Армении, Грузии, Азербайджана. Первое – это наличие олигархического политического режима в республике Молдова.

Второе – в Молдове существует явление захвата государства олигархами. Три-четыре олигарха, господин Владимир Плахотнюк самый мощный, он контролирует сегодня Молдову. Был еще господин Влад Филат, он в тюрьме, это бывший премьер-министр. Есть господин Гимпу, господин Воронин. Я думаю, здесь пояснять не надо, кто это такие.

Есть научные измерения, которые доказывают факт захвата государства, олигархической структурой. Я говорю сейчас о работе Всемирного банка, который в 2000 году в своих исследованях доказал факт захвата государства олигархами. 9 июля 2013, Transparency International презентовала  “Global Corruption Barometer”, в котором Молдова опять признается захваченным государством.

Третий пункт, который очень важен. Феномен слабого, или даже несостоявшегося государства. Это все опросы и измерения, которые проводит американский журнал “Foreign Policy”,  который постоянно говорит, что Молдова либо слабое государство, или государство, которое находится в состоянии постоянного риска развала. Тут пояснять особо не надо, Приднестровский конфликт, бедность, коррупция, внешний долг который превосходит объем ВВП (103% от ВВП), 20% в бюджете – вливания ЕС, и так далее.

И последний, четвертый феномен, на котором я хотел остановиться, – это феномен частичного внешнего управления. Я специально акцентировал внимание – частичного, а не тотального, не полного внешнего управления. Все эти четыре пункта, я считаю, что свойственны для всех государств так называемого «Восточного партнерства». И что самое главное, все эти факторы используются Западом для того чтобы укрепить свои позиции в этом регионе.

Я хотел обратить ваше внимание на то, что процессы внешнего управления, формирования олигархической политической системы и «захвата государства» шли рука об руку, это был поэтапный процесс, он не произошел сразу.  Я даже выделил здесь пару этапов. Первый – это 20 июля 1990 года, когда парламент принял концепцию о переходе к рыночной экономике. Но это было сделано под давлением МВФ, под формулой «Вашингтонского консенсуса».

В результате просто-напросто за пару лет мы дошли до такой ситуации, что к 2000 году внешний долг составлял 75% от ВВП. ВВП на душу населения был 350 долларов, как в Африке. Полностью разрушили ВПК.

МВФу, американцам, Западу что нужно было? Нужно было разрушить четыре основные оси. Первая – это военно-промышленный комплекс, вторая – это церковь, третья – это КПСС/ПКРМ (Партия коммунистов). И четвертая – это армия.

Все эти четыре составляющие фактически в Молдове, за исключением церкви были в той или иной мере разрушены. К 2001 году приходит к власти Партия коммунистов. Она приходит на идеях евразийской интеграции, то есть вступление в союз с Россией, Беларусью. Но уже в 2002 году отказывается от своих же идей, провозгласив курс на европейскую интеграцию.

В 2003 году происходит отказ от подписания плана Козака. Я думаю, здесь особо объяснять не надо, все понимают, что у Владимира Николаевича Воронина, тогдашнего президента, сын был миллиардером.

И ночью госпожа посол Хетер Ходжес позвонила, потом пришла лично в резиденцию Воронина, сказала про план Козака, который обозначал объединение страны под федеративным устройством, 20 лет российская армия будет находиться в Молдове: «Если ты подписываешь этот план, ты потеряешь капитал, мы тебя дискредитируем, мы бросим информацию о твоих бизнес-связях с Приднестровьем», и так далее, и тому подобное.

Воронин испугался, произошло то, что произошло. Тогда, с нашей точки зрения, был первый серьезный международный провал команды президента  (Д.Козак) и Российской Федерации на таком крупном уровне. Это был серьезный удар, я вам хочу сказать, что именно с 2003 года Молдова фактически разворачивается геополитически полностью в сторону Запада.

В 2005 году происходит серьезнейший момент, серьезный этап внешнего управления – это подписание плана Молдова-ЕС, которой оформил процесс политческой субординации страны к Западу.  Этот план подразумевал внедрение европейского законодательства, более того, этот план Молдова-ЕС подразумевал, что для неправительственных организаций открывается огромный доступ к власти. То есть неправительственным организациям позволялось войти в разные коллегии министерств.

Ключевым, все-таки, я вам хочу сказать, являлся год 2006, когда Молдова подписала план действий с НАТО. Я разговаривал с многими политологами правого толка, они в лицо говорили «Воронину нужно памятник поставить», потому что он благодаря этому плану Молдова-НАТО, в принципе, на блюдечке принес Молдову Западу. План на деле означал навязывание военно-политического контроля над страной.  Тогда же был подписан меморандум с МВФ (экономическое подчинение страны).

Благодаря подписанию этих документов, фактически, началась реформа, а в реальности, зачистка силовых органов от пророссийских элементов. Начали заводиться стандарты НАТО, начали внедряться разные кодовые управленческие модули НАТО, и так далее. И все привело к тому, что сегодня силовики, то есть и армия, и МВД, и Служба информации и безопасности, то есть наше МВД, наше ФСБ местное, контролируются представителями НАТО и Румынии.

Последний момент, очень интересный, 2009 год, 7 апреля. Что происходит седьмого апреля? Все информированы насчет того, что тогда в Молдове произошла «Твиттер-революция». Произошла она после того, как 18 марта господин Воронин, тогдашний президент, подписал с президентом Приднестровья и с президентом Д. Медведевым декларацию, согласно которой ОГРВ, ограниченный гарнизон российских войск и миротворцы остаются на территории Приднестровья до окончательного разрешения конфликта.

Эта декларация противоречила так называемым Стамбульским соглашениям от 1999 года, согласно которым Россия обязывалась вывести войска, тяжелое вооружение с территории Молдовы. Безусловно, что это очень сильно разозлило американцев, ведь это означало, что российская армия, российское военное присутствие сохраняется в этом регионе на неопределенное время.

Через две недели происходят события 7 апреля. Кстати, для вас чтобы было тоже интересно, Украина начала недавно попытку заблокировать процесс снабжения миротворцев и  российского ограниченного военного контингента в Приднестровье. Молдова через Демократическую партию, через так называемого министра реинтеграции разрешило через Кишиневский аэропорт проводить материально-техническое снабжение в Приднестровье.

Что происходит через месяц-два? Начинаются массовые митинги платформы ДА. Конечно, кто-то скажет, что связь между этими событиями достаточно слабая. Но как прикажете понимать, что буквально и посольство Соединенных Штатов, и послы ФРГ и послы Евросоюза открыто призывали на митинги протестов?

Чудом удалось избежать второго «седьмого апреля». Ныне правящий альянс (Альянс за Европейскую Интеграцию – 3) – это проект Запада. Они же пришли на волне седьмого апреля, на волне антироссийской революции, госпереворота.

И почему тогда произошел  госпереворот, если коммунисты были уже полностью под Западом.

Они были и на западно-финансовой игле, Запад контролировал силовиков, Запад контролировал все остальные структуры. Но тем не менее, тот факт, что Воронин позволил себе один шаг, то есть встретиться с президентом Медведевым, и подписать эту декларацию,  он получил седьмое апреля. А ведь это  даже не документ был!- декларация.

Дальше мы имеем еще два этапа, это так называемый договор об ассоциации, который был подписан в 2014 году. Этот договор окончательно оформил процесс институционализации частичного внешнего управления.

Что мы имеем сегодня?

Каковы формы и лики внешнего управления?

Во-первых, согласно договору об ассоциации был сформирован Совет Европейского Союза и Республики Молдова, чьи решения обязательны для страны.

То есть это наднациональная структура, надконституционная структура, которая обязывает своими решениями и правительство, и парламент, проводить решения, принятые этим советом в жизнь, понимаете? То есть это уже сформирована конструкция внешнего управления.

Второе, с 2009 года страной напрямую управляют высшие чиновники с двойным гражданством. В самом альянсе где-то 30 человек, которые имеют двойное гражданство, румынское то есть. Конституционный суд Молдовы, из шести членов конституционного суда пять представителей с румынским гражданством, то есть это граждане Румынии.

И этот конституционный суд принял очень много решений, которые ударили очень жестко по молдавскому суверенитету (к примеру, они включили декларацию независимости от 27 августа 1991 в текст конституции, объявив что ее текст выше самой конституции. А ведь декларация фактически упраздняет молдавскую государвтенность, признавая Р.Молдова частью Румынии). Во всех министерствах не европейские, а румынские советники, которые проводят жестко повестку Европейского Союза и повестку Румынии. Я вам дам пример. Допустим, советник президента Михая Гимпу, Дан Дунгачиу, это румынский гражданин. Советник демократической партии (то есть ее лидера, Мариана Лупу), это Козмин Гушэ, известный румынский политтехнолог.  Советником премьер-министра Влада Филата (2009-2013) был румын Дан Дивиречан.

Более того, третий пункт, который я хотелособо подчеркнуть, про нити внешнего управления. Как и в соседней Украине, ключевые министерства, то есть минобороны, министерство финансов, министерство образования, – здесь находятся лица, прошедшие стажировки в США, во Всемирном банке, или сотрудничающие с соответствующими органами.

К примеру, министерство обороны. Здесь господин Виталий Маринуцэ, который окончил американский колледж  и который работал в американской армии, с 2015 года министром становится Виорел Чиботару, который руководил центром НАТО в Молдове, руководит всевозможными прозападными НПО (IPP, IESP).

Минобразования, Майя Санду, сотрудник Всемирного банка.

Минфин, Вячеслав Негруцэ, человек, который работал в программах  Всемирного банка, ООН (UNDP), при USAID и других программах.

Четвертый момент – это совместные заседания правительств Молдовы и Румынии. То есть, вы представляете себе такое, чтобы правительство России заседало совместно с правительством, Германии? Во время заседания, там вам дают указания, что вы должны делать, какие вы должны принимать решения, какие нужно внедрять реформы, и так далее.

В-пятых, про командные пункты внешнего управления. Фактически, центр внешнего управления Молдовы – это посольство США – это раз, два – посольство Румынии, и только на третьем месте, с моей точки зрения, по крайней мере, это посольство делегации ЕС в Республике Молдова. Сегодня посол США уже выходит открыто и дает указания что и как нужно делать.

Вот не принимается бюджет, он приходит, вызывает лидеров альянса в посольство, дает им нагоняи, это снимается на видео, показывают в СМИ, понимаете? На второй день принимается бюджет. Или последний казус.  Пару месяцев назад приехала делегация ЕС в Молдову, и дошло до того, что они даже не захотели в резиденцию президента или в канцелярию правительства зайти. Они остановились в аэропорту, созвали туда всех трех лидеров альянса, дали им там нагоняи. Потом через минут 20 сели в самолет, улетели. Я разговаривал с советниками болгарского посольства, они мне в лицо говорили: «Богдан, ну мы тоже, конечно, полуколония, но, нас еще так не унижали, чтобы прямо в аэропорту. К нам приходят красиво в резиденцию, дают там нагоняи, но не показывают это публично». Короче, все грани перешли.

Шестой момент тоже важен. На сегодняшний день в Молдове создан жесткий механизм сетевого контроля за властью и гражданами. Я говорил до этого, что неправительственные организации входят во все коллегии министерств, имеют отдельные договора о сотрудничестве со всеми министерствами в Республике Молдова, с парламентом, правительством, Национальной антикорупционным цетром, ЦИК-ом, и т.д. Более того, договора о сотрудничестве имеются с министерством обороны, службой информации безопасности, с прокуратурой и так далее.

Большинство этих НПО, безусловно, финансируются напрямую Соединенными Штатами или их сателлитами.

Седьмой пункт – Румыния. Румыния в 2010-2011 годах навязала Молдове целую сеть договоров, в результате которых альянс находится под очень жестким контролем не только посольства США, но и его главного адвоката в Молдове, это Румынии. Мы имеем договора между СИБ Молдовы и румынской службой информации безопасности. Мы имеем договора между между министерством обороны и румынским соответствующим ведомством. В результате этого в СМИ была информация, – что СИБ-ом была передана вся база данных граждан республики Молдова соседнему румынскому государству.  В 2011 году, в СМИ появилась информация, что  Молдавия подписала соглашение с Румынией о том, что румынские части жандармерии могут участвовать в подавлении любых общественных беспорядков на берегах Днестра. Эта дает возможность АЕИ попросить Румынию, страну НАТО, о внешнем вмешательстве. Данного договора никто не видел. Возможна есть устная или секретная договоренность.

Более того, в Молдове, уже открыто говорят о том, что молдавский проект к 2018 году должен прекратить свое существование, он должен быть частью румынского проекта. Все это подводится под столетие Великой Унии (1918 г., когда Бессарабия стала частью Румынии вследствие развала Российской Империи). И что независимость такого государства, как Молдова, должно просто-напросто быть прекращено. Многие политологи впоне серьезно утверждают что американцы фактически приняли решение о поглощении Молдовы соседней Румынией.

В завершении своей речи хочу вам сказать, что с нашей точки зрения Молдова еще не является полностью под внешним управлением, но перейдет в ближайшее время, когда Евросоюз сделает следующие шаги, а он их сделает обязательно.

Первый – это будет закон о Люстрации, когда произойдет окончательная зачистка всех русофилов – партии, чиновники, бывшие члены КГБ и так далее.

Второе – закон о запрете символа «Серп и молот», это уже, кстати, было в 2013 году, потом отменили.

Третье – это будет перевод молдавской генеральной прокуратуры и национального антикоррупционного центра под прямое руководство ЕС и США. Я хотел здесь сказать очень важный момент, сегодня в Молдове Евросоюз требует европейского прокурора.

В Румынии соседней, создан орган специальный, называется DNA – национальное антикоррупционное управление. В этом DNA находится представитель ФБР. Данный представитель ФБР дает указание, кого арестовывать.

Ты против Европейского Союза? Арестовать! Ты русофил? Арестовать! Ты критикуешь действующую власть? Задержать! И вот через этот DNA так называемый, который якобы борется с коррупцией и имеет сегодня популярность в Румынии, осуществляется прямой контроль над Румынскими гражданами, над Румынией как таковой, со стороны ФБР.

Сегодня Евросоюз хочет нам навязать эту формулу, то есть, чтобы мы поставили европейского прокурора – раз, и два – и чтобы наш антикоррупционный центр превратился в румынское DNA, и чтобы с его помощью раздавить в Молдове всех русофилов, евразийцев, всех тех элементов, которые сопротивляются в той или иной формуле европейской интеграции.

И еще последние три-четыре пункта, которые сейчас сидят на повестке дня, это закон о продаже земли иностранцам, он зарегистрирован в 2010 году, либералами, насколько я понимаю.

Также на повестке дня находится проблема раскола молдавской православной церкви, создание молдавской автокефалии.

И я думаю, здесь всем известно, уже в 2010 году в Минюсте Молдовы было подано заявление о создании такого института как Молдавская автокефальная церковь. Чем все это закончилось, мне, по крайней мере, неизвестно. Но тот факт, что на уровне политологов, правой, прозападной ориентации, эти дискуссии есть, и что они подталкивают ныне правящий альянс принимать такие решения, это действительно так.

Но я уже не говорю о том, что действительно, обсуждаются моменты внедрения в молдавскую конституцию статьи о запрете партий, которые выступают против Евросоюза, что существует дискуссии о том, что нужно ограничить влияние российских СМИ, и не только, дискуссии. Вы знаете, что в Молдове «Россия-24», этот известный телеканал уже почти год не вещает. И американцы создали серьезные фонды, которые даются в том числе и Молдове, для того чтобы бороться с «российской пропагандой».

Заканчивая свою речь, хочу сказать, что в Молдове существует очень большой риск тотального перехода под внешнее управление.

Но тем не менее, хочу особо подчеркнуть, что несмотря на все эти старания, все соцопросы показывают, 57% населения за Евразийский Союз, 65% населения за нейтралитет, 85% населения за независимость. Об этом говорит Барометр общественного мнения, самый серьезный соцопрос в Молдове (обычно делается на ресурсы фонда Сороса).

Вот я вам даю цитаты из этого и других опросов (Geopol, CBS Axa, Ассоциация Социологов и Демографов): 65-70% за развитие стратегических связей с Россией. Даже последний американский опрос  IRI, 61% считают Россию главным экономическим партнером,  ЕС — 47%. Согласно этому опросу, 45% населения за Евразийский Союз, 38% за ЕС.

То есть, несмотря на всю румынизацию, европеизацию и так далее, Молдова до сих пор остается частью русского мира, по ментальности, культуре, структуре экономики и социума. До сих пор это серьезная часть и с геополитической точки зрения, и с культурологической, русского пространства.

И нам представляется, что при должном концептуальном оформлении, ситуация вокруг Молдовы может быть коренным образом изменена. Уже сегодня, по крайней мере, тот факт, что существует такая партия как ПСРМ (самая крупная парламентская фракция – 24 депутата), что существуют другие политические силы, как партия Ренато Усатого (не представлена в парламенте, но с рейтингом около 20%), подтверждают наши утверждения.

У нас уже сегодня последний ноябрьский опрос, кстати, института IRI, International Republican Institute (американский институт), показал, что эти две партии, обе пророссийские, набирают совместно 51 мандат. То есть это минимальное парламентское большинство, необходимое для создания правительства.

ШУРЫГИН В.В.

– Спасибо, очень интересно. Теперь передадим слово нашим приднестровским товарищам, Владимиру Юрьевичу Антюфееву. В недавнем прошлом он возглавлял спецслужбу ПМР.

Антюша

АНТЮФЕЕВ Владимир Юрьевич — министр в отставке Государственной безопасности  Приднестровской Молдавской Республики:

– Спасибо. Насчет того, что Молдова находится частично под внешним управлением. Это не соответствует действительности, она находится полностью и давно под внешним управлением.

Далее, прозвучало в самом начале вашего выступления о том, что Запад разглядел процессы, которые имеют место, олигархического характера, и решил воспользоваться этой ситуацией, это не так. Запад создавал все механизмы, в том числе и вот этих олигархов выращивал, для того чтобы управлять ситуацией. Изначально молдавское государство создавалось под влиянием внешних процессов.

Внешние силы использовали ситуации, которые возникали частично спонтанно, но так же и инспирировались. Я вспоминаю, я в то время служил в Латвии, когда в Москву, в «лабораторию перестройки», так называл Горбачев, приезжали посланцы из Молдовы, где проходили подготовку, и по возвращению, что называется, на ровном месте потом создавались националистические  организации в Молдове.

То, о чем вы говорите, свершилось уже, по меньшей мере, 10-13 лет назад.

О взаимодействии между МВД Румынии и Молдовы, между службами безопасности той и другой страны. Это неплохо, это хорошо, это соседи, они должны взаимодействовать – для борьбы с преступностью, наркотрафиком, торговлей и так далее.

Вы говорили об опасности европейских прокуроров, внедрение правоохранительных органов, систем западных в Молдову. С чем столкнулся Запад? Он столкнулся с тем, что механизм, который он сам запустил в Молдове по разрушению государственности, которая бы могла противостоять хотя бы теоретически экспансии Запада, настолько разбалансирован, что это нужно брать под контроль. Это вынужденная мера со стороны Запада. Европейцы через свои правоохранительные механизмы хотят нормализовать обстановку.

Сегодня, стоит вопрос так. Допущено много ошибок стратегического характера. Безусловно, Молдова, как государство, субъект, просто необходима России для того, чтобы разорвать пресловутую черноморско-балтийскую дугу. Вот на этом направлении разорвать. И, казалось бы, есть для этого возможности. Сейчас нужно думать над тем чтобы пересмотреть способы воздействия на ситуацию.

Необходимо отдавать себе отчёт, что, во-первых, население Молдовы расслоено, оно состоит из тех, кто никогда никуда не двинется, неактивное политически. Второе – те, кто работает на Западе. Третье – те, кто работает в России. И есть люди, которые просто как в любой стране недовольны своим существующим положением.

Говорить о том, что большинство заявивших при опросе о своих пророссийских симпатиях, это боевой передовой отряд молдавского народа, который ждет, что заалеет Восток, и придут русские богатыри, и братская помощь будет оказана, я считаю, что это преувеличение. Здесь нужно проанализировать, очень принципиально, то, что происходило раньше.

Почему допускались такие ошибки? Почему волнообразно строились отношения между Москвой и Кишиневом? Почему Приднестровье, которое в свое время, долгое время, являлось якорной цепью, удерживающей Молдову от прыжка на Запад, почему с ним так обращалась Москва, почему оно всегда было разменной монетой?

И я хочу сказать, последний, пожалуй, шанс, здесь вот вы правы, что он был создан Россией для того, чтобы держать Молдову в орбите российского влияния, это Меморандум Козака. Я принимал непосредственное участие от Приднестровской группы в работе по этому меморандуму. Я почти ежедневно контактировал и в Москве и в Приднестровье с Дмитрием Николаевичем Козаком, я знаю, как этот процесс происходил. Там было заложено, что российская группа войск оставалась в качестве механизма гарантии. В случае если этот пункт не выполнялся, то дезавуировался весь Меморандум. Таким образом, Россия не давала возможности себя обмануть. И Воронин сделал все, для того чтобы этот меморандум не состоялся.

Он выдвигал фантастические требования по отношению к Приднестровской стороне, на которую Приднестровье не должно было согласиться. Но ПМР на все соглашались, понимая, что Меморандум не будет подписан. И я об этом говорил Козаку. Молдова сознательно шла на то, чтобы Меморандума не было, потому что на нее накладывались определенные обязательства, при которых нужно было показывать истинное свое политическое лицо. Молдова не хотела подписывать, мы это видели, мы это понимали, мы имели информацию.

Я с большим уважением отношусь к пророссийскому пафосу моего молдавского коллеги, и желанию верить и понимать, что там есть сила, там есть наши люди. Но вы не учитываете, что прошло 24 года. Чисто, скажем, эволюционно исчезли те люди, которые были воспитаны в советских школах, трудились в интернациональных коллективах. Все не так.

Более того, эта болезнь, эта хворь уже присуща и Приднестровью. Я не могу сейчас однозначно сказать, так ли Приднестровье желает себе той судьбы, которую выбрало в самом начале. Можно и аргументировать. Понимаю, что нахожусь в режиме отведенного времени, поэтому доклад закончен. Нужно трезво смотреть на мир.

ШУРЫГИН В.В.

– Спасибо большое. Слово предоставляется Владимиру Валерьевичу Букарскому.

ИК-Букарский

БУКАРСКИЙ Владимир Валерьевич – руководитель Единого информационно-аналитического центра «Евразия Информ»:

– Уважаемые участники заседания, мне не хотелось бы, если честно, вступать в полемику со своими приднестровскими коллегами, которых я очень уважаю. Я сам окончил Приднестровский государственный университет, у меня все корни по линии деда с левого берега Днестра. Приднестровье для меня будет в моем сердце всегда. Но в виду того, что задан уважаемым Владимиром Юрьевичем такой посыл в дискуссии, то мне придется на этом остановиться.

Существует действительно достаточно популярная точка зрения, что якобы единственным форпостом русского, евразийского мира в регионе является Приднестровье. В то время, как Молдавия полностью находится в сфере влияния евро-атлантического полюса.

Некоторые эксперты, я не хочу называть их имен, до сих пор предлагают в качестве рецепта решения проблемы проведение геополитической границы по Днестру. В ходе чего Приднестровье воссоединилось бы с Россией, а Молдавия отошла бы к Румынии.

Но хотим мы того или нет, прошедший год поставил на этой стратегии большой жирный крест. Украина, которую можно было рассматривать, как буферную зону, полностью попала под контроль Запада и превратилась в одну большую Прибалтику.  Проект «Большой Новороссии», к моему великому сожалению, так и не был доведен до завершения.

О создании единого пространства между Россией и Приднестровьем на сегодняшний день говорить не приходится. В то же время, битва за саму Молдавию далеко не закончена. Молдавия оказалась слабым звеном в антироссийском санитарном кордоне, в той самой Балтийско-Черноморской дуге, о которой мы сейчас говорили.

В Молдавии отсутствует такая многолетняя традиция исторической русофобии, которая многие века существовала на Украине среди господствующего класса, и которой были подвержены широкие слои населения.

Напротив, Молдавия, начиная с XV века, была союзницей Московского княжества, именно тогда Иван III и Штефан Великий заключили союз между двумя странами, их общий внук, Димитрий Иоаннович, впервые был венчан на великое княжение по византийскому обряду в 1498 году. Именно в том году, именно во время этого вещания была предвосхищена концепция инока Филофея «Москва – Третий Рим».

Находясь под турецким игом, Молдавия более 20 раз обращалась к России с просьбой о приеме в подданство. В XVIII веке Петр Великий и Дмитрий Кантемир заключили первый договор об объединении двух стран в единый союз. Сегодня в Молдавии распространена идея о том, что Россия в 1812 году якобы разделила Молдавию на две части, но умалчивается о том, что все молдавское население Бессарабии с энтузиазмом восприняло весть о присоединении к России. Именно тогда Молдавское население было освобождено от власти греков-фанариотов, от турецких «райй», от многочисленных поборов и набегов Ногайской Орды от обитавших в и переселенных в волжские степи.

105 лет, с 1812 по 1917 годы,  в составе Российской Империи, и особенно 45 лет в составе Советского Союза были самыми мирными в истории Молдавии.

Именно в этот период в составе евразийского пространства наш край наиболее интенсивно развивался. Современная Республика Молдова по всем показателям отстает в три-четыре раза, а по многим в десять раз от уровня развития Молдавской Советской Социалистической Республики.

Да, действительно, мы согласны с тем, что политические процессы в современной Молдавии следует рассматривать только в контексте общей политики Запада Drang nach Osten в отношении евразийского пространства. В течение 20 последних лет Молдавия действительно стала наравне с Украиной и Грузией опорной точкой Запада на периферии Евразии.

Этот процесс действительно начался в 90-е годы, когда Молдавия стала одним из соучредителей антироссийского блока ГУУАМ, и продолжается сегодня, после включения Молдавии в другой антироссийский альянс – «Восточное партнерство».

О том, насколько важна Молдавия для Запада в качестве форпоста противостояния России, свидетельствует бюджет США на 2016 год, который внес президент Обама в Конгресс США. Проект бюджета предполагает выделение 51 миллиона долларов на противодействие России только лишь Молдавией и Грузией. Дополнительно американской администрацией будут выделены 16 миллионов долларов на противостояние российской пропаганде по всей Европе и Центральной Азии.

И самый недавний пример – это документы, опубликованные на сайте drakulablog, относительно координационной встречи-тренинга НАТО по стратегическим коммуникациям для Украины, Грузии и Молдавии, который прошел в феврале этого года в Центре подготовки в Риге. В документе отмечается, что у каждой из этих трех стран есть своя специфика, однако существуют общие вызовы для всех этих стран, в основном, влияние российской пропаганды.

Между тем, как мы уже отметили, именно Молдавия является слабым звеном в этой антироссийской оси. В Молдавии, не считая полностью пророссийского Приднестровья, действительно, градус антироссийских настроений гораздо ниже, чем на Украине, в Грузии, в странах Прибалтики.

Пример – результаты последних опросов «Барометр общественного мнения» за апрель 2015 года, а также Международного республиканского института. Мой коллега Богдан Кайдарович Цырдя, уже вкратце говорил об этих опросах.

Я еще раз приведу цифры. Более 57% готовы проголосовать на референдуме за вступление Молдавии в Таможенный Союз. Еще раз повторяю, больше 57%. В то время как за Евросоюз только 39,5%, то есть меньше 40%. В 2015 году впервые число противников вступления в ЕС Молдавии, 41,8%, превысило число его сторонников, 39,5%. На вопрос, какому геополитическому вектору вы отдаете предпочтение, 50% отдали предпочтение вступлению в Таможенный Союз, и только 32,1% вступлению в Евросоюз.

Только 23,2% проголосовали бы за вступление в НАТО на референдуме, в то время как более 50% против вступления в НАТО. Еще одна цифра: 56% жителей Молдавии отрицательно воспринимают развал Советского Союза, и только 32% положительно. Примечательно, что число сожалеющих о развале Советского Союза возросло на 4% по сравнению с прошлым годом.

Еще цифры. Из всех зарубежных политиков наибольший положительный рейтинг у Владимира Путина, более 60%. С большим отрывом следует Ангела Меркель, 43,6%, румынский президент Клаус Йоханнис, 36,1%, Барак Обама, 32,4%. Рейтинг Петра Порошенко среди граждан Молдавии всего 12,8%.

Православная Церковь остается наиболее авторитетным общественным институтом молдавского общества. Ей полностью или частично доверяют более 81% опрошенных. С большим отрывом отстают СМИ, им доверяют только 47% граждан Молдовы. Для сравнения, президенту страны доверяют чуть больше 11% опрошенных.

В отдельных регионах Молдавии процент евразийских настроений достигает абсолютных величин. Я еще раз повторяю, мы говорим о правобережной Молдове, не считая Приднестровья. На народном референдуме, который прошел в Гагаузии 2 февраля 2014 года, 98% населения проголосовало за вступление всей Молдавии в Таможенный Союз.

И зададимся главным вопросом – почему Россия проигрывала Молдавии в течение 20 лет. В первую очередь это объясняется хаосом в самой России, которая в течение длительного времени, благодаря предательству тогдашнего кремлевского руководства сама пребывала под внешним управлением. А по мнению многих экспертов, в значительной степени продолжает, к сожалению, пребывать и по сей день. Вряд ли что-либо можно было требовать у страны, где у власти находились люди с абсолютно прозападными взглядами.

У Запада, да, действительно, следует признать, есть серьезные точки опоры в молдавском обществе. Первая – так называемая национальная творческая интеллигенция, которая формировалась еще с советских времен, и занимает ключевые посты во всех научных учреждениях, от академии наук до университетских кафедр, до школ, лицеев, и детских садов.

Вторая – молодежь, которая уже 25 лет воспитывается в духе радикального западничества, румынизма и русофобии, опять же, с детского сада до университетской скамьи. Вот мой коллега, Богдан Кайдарович, уже говорил на тему преподавания в высших учебных заведениях. Там идет абсолютно прорумынская, прозападная промывка мозгов.

Третье – это действительно жители сельской местности в частях страны, склонных к прорумынским настроениям, в силу близкого родства с жителями Запрутской Молдовы в составе Румынии, а также в силу исторических обид – коллективизации, депортации, так называемой русификации, и так далее.

В то же время, два прошедших года в очередной раз показали, что у евразийских сил Молдавии есть достаточно сильный потенциал. Партия социалистов во главе с Игорем Додоном, выступающая за единство с Россией, получила на парламентских выборах 2014 года 21% голосов и обзавелась крупнейшей парламентской фракцией, стала крупнейшей парламентской партией страны.

На выборах главы Гагаузской автономии победу еще в первом туре одержала Ирина Влах, так же выступившая за единство Россией. Гагаузы голосовали не столько за личность Ирины Влах, сколько за фактор поддержки этой кандидатуры со стороны России и пророссийских сил Молдавии.

Сегодня у евразийских сил остаются достаточно сильные позиции в Молдавском обществе.

Первое – это симпатии значительной части населения, особенно в крупных городах, в районных центрах в крупных населенных пунктах.

Второе – это подавляющее большинство представителей национальных меньшинств, которые видят в лице России защитницу этнократической элиты.

Третье – это конкретные регионы – Гагаузия, город Бельцы, этнический болгарский Тараклийский район на юге, это Окницкий и Бричанский районы на севере, и другие районы. Во всех этих районах на местных выборах победили кандидаты, выступающие за евразийский вектор Молдовы.

Четвертое – это Православная Церковь, которая, несмотря на двусмысленную позицию митрополита Владимира и чиновников митрополии, выступает, как защитница молдавской самобытности, традиционных ценностей, духовных и геополитических ориентиров молдавского народа. Неслучайно в процитированном мной документе рижского тренинга НАТО, открыто говорится об опасности влияния православной церкви.

И в этой связи следует упомянуть об однозначно пророссийской позиции епископа Бельцкого и Фалештского Маркелла, а также православных общественных организаций, таких как организация “Pro Ortodoxia” («За Православие») под руководством диакона Геннадия Валуцэ, и других православных активистов.

И наконец, пятое – не надо забывать о Приднестровье, которое является флагманом пророссийского направления на всем пространстве бывшего Советского Союза. Мы с моими коллегами убеждены, что Приднестровье нельзя рассматривать изолированно от общемолдавского контекста. Молдавия и Приднестровье, несмотря на то, что живут раздельно на протяжении 25 лет, остаются двумя сообщающимися сосудами.

На двух берегах Днестра живут одни и те же этнические группы, очень много людей находятся в близком родстве. Несмотря на всю мощь пропаганды официального Кишинева, Бухареста и Вашингтона, близкие родственники и простые люди с двух берегов Днестра не испытывают друг к другу ненависти.

Что необходимо сделать для торжества евразийского вектора в Молдове? Необходимо объединить все евразийские потенциалы нашего региона. Необходима комплексная стратегия, направленная на сохранение всей Молдавии в дружественном России политическом поле, пространстве единой православной евразийской цивилизации.

Мы видим несколько путей. Первый из них – это то, что я называю геополитическим треугольником «Тирасполь – Бельцы – Комрат», то есть Приднестровье, Гагаузия и северная столица Молдавии, абсолютно пророссийский город Бельцы, – смысл которого в консолидации усилий дружественных России регионов по недопущению окончательного сползания Молдавии в антироссийский блок. Никакого сепаратизма здесь нет, напротив, здесь есть стремление объединить историческое пространство Молдавии, расчлененной по инициативе главарей Народного фронта и научно-творческой интеллигенции. Необходимо максимальное развитие горизонтальных связей проевразийских регионов Молдавии друг с другом.

И еще раз должен вернуться к Приднестровью. Руководству Приднестровья в свою очередь следует осознать, что в одиночку этот регион не выстоит в этом противостоянии. Сегодня действительно раздаются мнения, что регион можно будет сохранить, если сменить геополитический вектор и таким образом купить лояльность Запада. Но тактика обретения легитимности на Западе в ущерб пророссийской ориентации станет самоубийственной для Приднестровья, поскольку в комплекте с этой легитимностью Приднестровью будут навязываться все те же западные псевдоценности, которые абсолютно неприемлемы для большинства населения региона.

Такие разрушительные методики, как попытка введения в Приднестровье ювенальной юстиции под давлением спецпосланника ООН Хаммерберга не будут приняты приднестровским обществом, которое в любом случае останется приверженцем традиционных православных ценностей и ценностей русского мира.

Выделение ключевых регионов не значит, что не надо заниматься работой для всего молдавского общества. Необходимо работать с молодежью, начиная со школьной скамьи. Необходимо издавать на молдавском языке учебники, повествующие о подлинной, а не вымышленной истории, надо снимать фильмы, проводить семинары и слеты, создавать телеканалы, вещающие на молдавском языке. Конечно, будет трудно наверстать то, что сделал Запад в течение 25 лет, но я думаю, что общими усилиями это сделать можно.

И в заключение хочу сказать, что осуществлением всех вышеперечисленных задач будет заниматься отделение Изборского клуба в Молдавии, инициативой открытия которого выступила наша группа. В нее входят депутаты парламента Молдовы и кишиневского муниципального совета, дипломаты, философы, политологи, экономисты, правоведы, историки, режиссеры, журналисты. Наш Клуб станет интеллектуальным центром, в рамках которого будет формироваться стратегия возвращения Молдавии в евразийское цивилизационное пространство, органической частью которого эта земля являлась на протяжении большей части своей истории. Противостоять экспансии Запада можно, только лишь собрав и систематизировав в кулак все свои ресурсы и возможности. У патриотических сил Молдавии и евразийского экспертного сообщества такой потенциал есть.

ШУРЫГИН В.В.:

– Сейчас я передаю слово Александру Акимовичу Караману, в недавнем прошлом вице-президенту Приднестровской Молдавской республики.

Караман

КАРАМАН Александр Акимович – первый вице-президент Приднестровской Молдавской Республики, министр иностранных дел ДНР:

– После подробнейшего анализа ситуации в современной, в сегодняшней Молдове у меня невольно возникает один вопрос – а вообще, что осталось от суверенитета Молдовы? Есть ли там какой-то процент суверенитета молдавской государственности? Потому что, когда мы говорим, начиная с XVI века, история взаимоотношения России, Молдовы, Ивана Третьего и Стефана Великого и так далее – это история. Мы должны отталкиваться от того, что мы имеем сегодня.  И я убедился еще раз, насколько далеко мы смотрели 25 лет назад в Приднестровье, народ Приднестровья, в том числе и молдаване Приднестровья, которых 40% было в Приднестровье, и к которым я отношусь, когда мы создавали Приднестровскую Молдавскую Республику. Мы видели уже тогда и знали, чем это кончится. Что это кончится утратой молдавской государственности, и это кончится воссоединением или созданием «Великой Румынии», что политика румынизации найдет свою подготовленную почву и даст те результаты, которые дает сегодня.

Когда мы сегодня говорили – настолько ли пророссийское Приднестровье сегодня? Я бы разделил этот вопрос на две части: народ Приднестровья и руководство Приднестровья. Это разные вещи. Народ Приднестровья, как был пророссийски настроенным, он таким остался и таким и будет, в том числе и большинство молдаван, которые проживают в Приднестровье.

Тут приводились цифры опросов, сколько людей настроено за евразийский вектор, сколько не хотят в НАТО и так далее. Я просто хотел задать сегодня один вопрос – реальный результат пользы и перспективы всех этих опросов, на что они могут повлиять? Кто в Молдове хотя бы раз спрашивал народ, население, чего он хочет, и в какую сторону хочет народ двигаться, в отличие от Приднестровья, где мы провели семь или восемь референдумов? Никто не будет спрашивать сегодня в Молдове, абсолютно никто. Даже при всем том абсолютно положительном для России процентном соотношении.

Давайте не будем забывать, что, также как мы сегодня здесь обсуждаем и думаем об интеграции постсоветского пространства, в других помещениях и кабинетах думают о том, как бы не допустить этой интеграции, и что для этого нужно сделать.

Я с большим уважением отношусь к Партии социалистов, которые получили большинство в парламенте Молдовы, но давайте мы скажем открыто и честно, что это большинство составляет только 24 мандата из 101. Еще 21 мандат у коммунистов, которые как бы не совсем коммунисты, как понимаем. То есть теоретически мы имеем сегодня только 45 мандатов, остальные все у сторонников прозападной, проамериканской, проевропейской политики.

ЦЫРДЯ Б.К.: Партию Усатого сняли с выборов.

КАРАМАН А. А.:

– Сняли. Что имеем, то имеем. Может ли измениться это соотношение? Может. Вот этот опрос общественного мнения говорит о том, что он теоретически возможен – соотношение мест в парламенте. Успех Ренато Усатого на севере, в Бельцах и так далее, Гагаузия говорит о том, что теоретически это возможно. Дадут ли? Нет, не дадут. У меня тоже в этом никаких сомнений нет, потому что, независимо от того, сколько партий или политических сил сидят на американской игле, а сидят почти все, как только качнется этот маятник, хоть чуть-чуть только угроза возникновения шевеления маятника возникнет, будет новый апрель 2009 года. Румыния рядом, Россия далеко. Приднестровье тоже. А румынские какие-то студенты, добровольцы якобы, как было и 2009 году, – на самом деле это были спецслужбы, это были подготовленные специалисты, которые разыграли этот переворот 2009 года. Это легко – буквально два свистка, как говорится, и они будут в Кишиневе.

Могут изменить ситуацию только досрочные парламентские выборы, за которые ратуют тоже, согласно опросам, восемь из десяти. Возможны они? Теоретически возможны, а практически нет. Потому что выборы в Молдове назначает президент. Он не назначит эти выборы. И ничего, к сожалению, при огромном уважении тех людей, что мерзнут сегодня на площади в центре Кишинева, они не добьются.

Почему власть ничего не предпринимает для разгона так называемого кишиневского майдана? Потому что они его не боятся, они понимают, что это кончится ничем. Молдаване миролюбивы, они дружные, они работящие люди, это не «Правый сектор». Они не станут жечь шины автомобильные, не станут буянить, они потихонечку разойдутся, рассосутся, все уйдут по домам, потому что зима, холодно и так далее. Нуланд с печенюшками не придет на этот майдан.

Поменяли, допустим, председателя правительства. Назначат другого. Эта же проевропейская коалиция, она и назначит другого председателя правительства. И новый состав правительства будет такой же, какой был и до этого. Может, один министр, может, два министра не получат свои портфели.

Да, вроде Конституционная палата разрешила Молдове, по крайней мере, согласовала вопрос о возможном проведении референдума в части того, чтобы в перспективе президента Молдовы избирать всенародно. Но когда это будет? И будет ли референдум, это еще неизвестно.

Поэтому, когда мы говорим о том, что можно или нельзя, не надо сбрасывать со счетов и Приднестровье. Но какова ситуация вокруг Приднестровья? Все мы слышали и говорим много о переговорном процессе в формате «5 + 2». Что такое два? Это конфликтующие Молдова и Приднестровье. Пять это: два гаранта переговорного процесса – Россия и Украина. И три оставшиеся – это наблюдатели: Евросоюз, ОБСЕ и Соединенные Штаты Америки.

Сегодня этот формат деформирован, если не сказать похоронен. Его уже нет. Потому что один из гарантов переговорного процесса – Украина – открыто стала на сторону одной из сторон конфликта – Молдовы. Остался только один гарант – Россия. Единственный гарант, который может обеспечить или каким-то образом защитить права и свободы граждан Приднестровья, в том числе более 200 тысяч граждан Российской Федерации!

Давайте об этом никогда не будем забывать, там более 200 тысяч граждан Российской Федерации, которых Молдова совместно с Украиной подвергает дискриминации, подвергает преследованию, ущемляет их свободу и право на свободу передвижения. Скольким журналистам из России только за последнее время было отказано в праве въезда в Молдову? Молдова требует со всех граждан Российской Федерации, проживающих на территории Молдовы, а основная часть проживает в Молдове, при выезде и возвращении из России, виды на жительство. То есть право подтверждения законности их пребывания на территории Молдовы. И при этом Молдова всем им отказывает в выдаче вида на жительство. Поэтому граждане Российской Федерации на территории Приднестровья и Молдовы вне закона. Только за последнее время депортированы были из Кишинева обратно в Москву проживающая семья в Тирасполе – Гратов Валерий Александрович, первый начальник службы безопасности президента, Гудымо Олег Андреевич, бывший заместитель министра госбезопасности. Их прямо с аэропорта Кишинева посадили на другой самолет и отправили обратно в Москву. При этом я не слышал о реакции посольства России в Молдове на такие недружественные шаги.

4 ноября в Киеве руководители погранслужбы Украины Назаренко и погранслужбы Молдовы Пуриче подписали соглашение в присутствии миссии Европейского Союза по приграничной помощи, миссии EUBAM, в соответствии с которым на территории Украины весь приднестровский участок молдово-украинской границы будет контролироваться, в том числе, пограничниками Молдовы. Пограничники Молдовы будут размещаться на территории Украины. (Снова о суверенитете государства, когда на его территории пограничники другого государства!) И тогда полностью закроется капкан, в который сегодня угодило Приднестровье. Украина и так препятствует перемещению граждан Российской Федерации через приднестровско-украинский участок границы. Сейчас, когда там станут молдавские пограничники, это будет уже полная блокада.

Что можно приднестровцам делать в таких условиях? Что может Россия предпринимать в таких условиях, когда на самом деле нет никакой свободы даже в осуществлении плановой замены военнослужащих российской группы войск, которые находятся в Тирасполе? И основная масса контрактников – это наши, местные приднестровцы, имеющие российское гражданство. Я думаю, что в этих условиях, по крайней мере, Россия могла бы использовать какие-то элементы, а таких элементов или форм оказания давления на Молдову, наверное, у нее есть, как есть и элементы пряника.

Совсем недавно разрешили ввоз фруктов из Молдовы на территорию Российской Федерации. Вы знаете, какая это стала лафа для многих контрабандистов Молдовы и Приднестровья? Они так быстро подружились. И на территории Приднестровья оформляются фрукты, которые якобы приднестровские, на самом деле они выращены в Молдове и идут в Россию под видом, как бы они с территории Приднестровья или Гагаузии. Бизнес совместный не знает никаких политических мировоззрений. Так вот, у России есть какие-то рычажки оказания влияния.

До недавнего времени в Тирасполь приземлялись российские самолеты и летали из Тирасполя на территорию Российской Федерации. Сегодня граждане Российской Федерации, которые живут в Приднестровье и в Молдове, не могут перемещаться, как раньше, через Одессу, из одесского аэропорта, только из кишиневского. Можно было бы решить проблему, чтобы Молдова дала согласие. При наличии, как было до недавнего прошлого, сидели таможенники и Молдовы в Тирасполе на аэродроме, пограничники Молдовы, приземлялся самолет из России, они досматривали на предмет снятия вопросов о черной дыре Приднестровья как источника контрабанды – наркотиков, оружия, трафика людей незаконного и так далее. Досмотрели. Но зато граждане Российской Федерации, военнослужащие ОГРВ могли бы из Тирасполя напрямую перемещаться в Москву и из Москвы обратно в Тирасполь.

Для этого нужна политическая воля Москвы, чтобы таможенники в Кишиневе сказали: «У нас из Кишинева не одна сотня тысяч молдаван работают в качестве гастарбайтеров.  Причем, для них не создаются какие-то препятствия, а по принципу взаимности, давайте мы обсудим этот вопрос». Потому что завтра, послезавтра действительно встанет вопрос о том, что 200 с лишним тысяч граждан Российской Федерации окажутся в полном почти капкане. Что тогда будет Москва делать?

А сегодня теоретически эти опросы общественного мнения настраивают на какое-то благодушное настроение, будущее. А на самом деле это далеко не так. Поэтому, будут ли досрочные парламентские выборы в Молдове или не будут – большой вопрос. Из этого надо исходить. И прежде чем сегодня считать – предлагали, я знаю, одно время рассматривалась то Лига русской молодежи, то ли еще кто-то в качестве пророссийских сил, на самом деле удельный вес этих пророссийских сил, к сожалению огромному, для меня как для молдаванина Приднестровья, не настолько высок. Действительно за предыдущие годы Россия утратила, к сожалению, свое влияние на процессы, происходящие в Молдове.

И когда сегодня коллега говорит, что все можно, видите, как в России получилось? А есть ли у Молдовы свой Путин? Будет ли такой Путин в Молдове для того, чтоб повернуть вспять эти процессы, которые сегодня дошли до такого уровня, что они практически необратимы? К великому сожалению, они необратимы, потому что Соединенные Штаты Америки и Европа не отдадут Молдову, как ни больно об этом говорить. Пусть это будет мое личное, субъективное мнение, но объективные факты говорят именно об этом. И любой маломальский  процесс, который будет угрожать Соединенным Штатам Америки, кончится еще одним апрелем 2009 года.

ШУРЫГИН В.В.:

– Я хочу передать слово Виктору Ивановичу Жосу, в недавнем прошлом депутату парламента Молдовы.

Жосу

ЖОСУ Виктор Иванович – депутат Парламента Республики Молдова с 1998 по 2001 гг., политолог, публицист:

– Конечно, говоря и пытаясь сегодня оценить то, что происходит в Молдавии, в Кишиневе, мы не можем абстрагироваться от происходящего на Украине. Уже хотя бы потому, что чтобы ни пыталась Россия сделать даже гипотетически, даже действуя из самых-самых лучших побуждений, не имея общих границ с Республикой Молдова, это все, к сожалению, не даст ожидаемых результатов. Хотя, мне кажется, что даже в этой ситуации мы хотели бы ожидать все-таки отсюда поддержки по целому ряду позиций.

Да, есть эти опросы. На мой взгляд, достаточно много в обществе молдавском людей, отчасти не структурированных, в той же Партии социалистов, где-то они в каких-то других существуют формах, есть, в конце концов, настроение людей, и опросы это отражают, но все бы это имело бы значение, если бы в Молдове была демократия. В Молдове не просто нет демократии, в Молдове установлен откровенно антидемократический режим. Потому что, когда фальсифицируются выборы, причем, открыто фальсифицируются, в наглую, что называется, и США, и Евросоюз делают вид, что в целом нормально все проходит.

Вот один из элементов, когда нам, может быть, нам бы не хватило  поддержки по линии, например, внутриполитического ведомства России. Потому что мы понимаем, что молдавского внешнеполитического ведомства просто нет. Формально существует министерство, но внешней политики нет, это все политика Соединенных Штатов Америки, которая там проводится, и немножко Румынии. Но Румыния – это тоже колония. У нас там колония из матрешек – одна в одной, другая в следующей, и так далее.

Будь я на месте представителей Приднестровья, я бы спросил: «А мы что? Что же, мы 25 лет тому назад, получается, правы были, когда от вас отделялись?».  И если еще лет 15 назад я имел что возразить, я бы возражал, откровенно говоря, сегодня мне нечего возразить. Потому что внутри у нас я вижу отдельных людей, я вижу настроение масс, вижу, чего хотят граждане, но, чтобы это в самостоятельный ресурс сформировалось, и появился бы свой Путин – может быть, он потенциально есть, но механизмов, которые позволили бы, чтоб он появился, уже, к сожалению, нет. Этот момент мы упустили.

Конечно, нам бы хотелось. Вот отставка правительства, буквально на второй день появляется заявление посольства США: «Ну-ка быстренько вы, эти партии, все объединитесь, сделайте правительство, потому что надо двигать дальше реформы». Хорошо, можно возмущаться тем, что это вмешательство во внутренние дела. Но, откровенно говоря, мне не хватает симметричного какого-нибудь заявления, я не знаю, с каким содержанием, но чтобы от российского посольства тоже появлялось в таких ситуациях свое заявление, а не было бы просто молчание. Нас очень интересует, а что скажет посол Российской Федерации в этой ситуации? А где эта позиция?

Много говорилось о необходимости информационной поддержки. Конечно, она нужна, но не такая, какую делает Первый канал. Потому что, чем такая поддержка, лучше никакой. Потому что на самом деле и по румынским каналам мы получаем примерно то же самое, вот эти самые шоу. А уж о том, как используется местным медиамагнатом, вот этим олигархом Плахотнюком, тот же Первый канал в своих интересах, и какие туда идут вставки, информационные программы наслаиваются, об этом можно много говорить, но это абсолютно откровенно антироссийские вещи.

По моим ощущениям, хорошо бы посмотреть на наши ошибки, которые допускались за 25 лет. Одной из таких как бы затянувшихся, очень долгих во времени ошибок, я вижу то, что мы до сих пор являемся заложниками целого ряда стереотипов идеологического характера, а если хотите, просто заложниками чужой идеологии.

Когда на прошлой неделе у меня был разговор с одним чиновником из организации, расположенной здесь неподалеку, на Старой площади, тоже речь шла о Молдове, и как бы на мои, может быть, завышенные с его точки зрения ожидания, он говорил: «А что вы хотите? Вы поймите, мы не можем сейчас концентрироваться на чем-то маленьком. Россия сейчас вступила в геополитическое противостояние с Соединенными Штатами Америки». Я это понимаю, хотя я понимаю и то, что это противостояние, этот фронт делится на разные участки. И хотелось бы, чтоб не забывали о каких-то участках. Да, есть очень большой участок под названием Украина, но есть и маленький участок фронта, называющийся Молдовой. И там тоже необходимо иметь свою стратегию, свою тактику, понимание того, какие цели ставятся.

Потому что мы самостоятельно из этой колониальной зависимости, а это на самом деле колониальная зависимость самая настоящая, не выберемся, просто  потому,  что ресурсов нет. Я был бы рад, если бы геополитическому противостоянию добавилось бы еще и идеологическое противостояние, чтобы Россия не просто вступала вот в эти вещи, а чтобы являла ту самую альтернативу другого мира, мира, построенного на других вещах.

В прошлом году Валерий Пасат, историк наш известный, раскопал в архивах документ – письмо, подписанное группой молдаван в 1924 году советскому руководству о создании Молдавской автономной республики. Одним из мотивов, что эту республику нужно создать, – она будет форпостом другого мира. Но тогда понимали, что это за мир, понимали, о чем идет речь. Сейчас, к сожалению, такого понимания нет. Я не говорю, что эта идеология должна сводиться только к тому, что мы называем Русский мир. Уже хотя бы потому, что Русский мир – это понятие само по себе очень многосмысловое и включает разные уровни. Тут трудно мне сказать.

Я обычно привожу такой пример.  Я понимаю, Русский мир – Пушкин, Толстой, естественно, преподобные Серафим Саровский, Сергий Радонежский. Есть молдаванин, митрополит Викентий Морарь, он возглавляет митрополичий округ, среднеазиатский митрополит, он сейчас Ташкентский и Узбекистанский. Молдаванин, который там. Это что? Это Русский мир? Наверное, это Русский мир, при том, что это Узбекистан, при том, что там молдаванин. Из каких конкретных примеров можно создавать это понятие? Наверное, сама идеологическая система даже к этому бы не сводилась. Наверное, она включала бы в себя еще и какие-то другие смыслы. Это то, чего нам сегодня не хватает, когда мы пытаемся в Кишиневе говорить, что нам нужно ориентироваться на евразийское пространство. Потому что там капитализм и тут капитализм.

Кстати, еще одно  понятие, которое совершенно исчезло за последние 25 лет. Все почему-то говорят о демократии так, как будто мы до этого не учились по другим учебникам и не читали другие работы, не читали тот же «Капитал», который уж, во всяком случае, в плане анализа наличного состояния процессов в экономике буржуазной – абсолютно актуальная работа сегодня. Ладно, проекция на будущее, с этим можно не соглашаться, но по тому, как это делается, как формируется прибавочная стоимость и так далее, и что такое эксплуатация, которая никуда не делась, это все абсолютно сохраняет свою актуальность. Вопросов тут нет.

Вот такие ожидания формируются. И они как бы существуют. Это, конечно же, колоссальная интеллектуальная работа, это, конечно же, труд не одного, не двух, наверное, десятка людей и умов, и, конечно, для этого нужно много усилий. И со своей стороны мы тоже готовы по мере способностей и возможностей участвовать. Я не хочу сейчас касаться аспекта, связанного с молдавской Церковью, потому что там тоже свои очень сложные вопросы есть. Да, мне достаточно того, что говорил Владимир Букарский о владыке Маркелле, сегодня это, пожалуй, единственный наш иерарх, который, что называется, «аксиос!», достоин, потому что об остальных, к сожалению, мы этого сказать не можем. Понятно, что Церковь, действительно, остается на сегодняшний день вот тем связующим звеном, может быть, последним, который продолжает связывать наши народы – молдавский и русский.

И вот, кстати, я говорил о стереотипах, которые были навязаны, вот один из стереотипов, пытаешься как-то объяснять: «Послушайте, надо, чтобы все-таки структуры Московского Патриархата были более активно задействованы». Мне в ответ: «Ну, мы же не можем, светское государство, понимаете, отделена церковь от политики». Ну, навязали нам эти точки зрения 25 лет назад, но пора уже от них уходить, ну, нельзя, на самом деле это все не так, неправда это все. Или «ни одна идеология не может считаться государственной», – записано в Российской Конституции, Молдавской Конституции, что на самом деле ложь. Потому что у Соединенных Штатов есть своя государственная идеология, у немцев есть, у французов есть, может быть, не нужно об этом специально писать в Конституции, но писать, что ее нет, тоже, знаете, не нужно.

ШУРЫГИН В.В.:

– Я хочу передать слово Алексею Ивановичу Подберезкину, политологу, директору центра военно-политических исследований.

Подберёзкин

ПОДБЕРЕЗКИН Алексей Иванович, политолог, директор Центра военно-политических исследований:

– Это очень интересно было послушать, потому что я этими проблемами увлекался очень давно. Я помню, как мы организовывали поставки хлопка комбинату в Приднестровье, а потом искали деньги, чтобы за этот хлопок заплатить. Я могу рассказать о том, как я вижу эту проблему, учитывая тот угол зрения, с которого я, может быть, и наблюдаю, то есть геополитический взгляд на отношения России и США, Запада и Востока, как хотите.

Во-первых, эта проблема о том, что вот сложилась такая ситуация. Она не сама по себе сложилась в Молдове или где-то еще, ее складывали. Я сам наблюдал, как в 80-е годы, не только в Молдове, Молдавии тогда советской, но и в Прибалтике американцы очень активно действовали, создавали свои институты и формировали группы поддержки этих идей, причем, это было при общем благоприятном отношении ЦК молдавского, Компартии и на Украине то же самое было. Все эти западенцы появились ещё до 91-го года. На Украине, да и в Молдавии мода на европейские ценности появилась при Горбачеве и Яковлеве, это понятно совершенно, но и надо понимать, что люди вкладывались в создание этих структур. Я почему об этом говорю, потому что без аналогичных действий ничего не получится. Скажем, потерянные позиции отчасти в культурной, образовательной среде, они не могут быть иными, если их не восстанавливать. Для этого нужны ресурсы, нужны усилия какие-то, сознательные, причем целенаправленные, совершенно определенно. Россотрудничество наше, я боюсь, слабо, и наши государственные институты российские пока не ориентированы на активное проникновение, нет ресурсов, я просто знаю доподлинно эту ситуацию.

Везде борются за продвижение своей системы ценностей, китайцы в конфуцианство вкладываются в сотни раз больше, чем мы в православные идеи. Ну, это факт. То же самое в Молдавии и в Приднестровье. Если мы не будем там продвигать свои идеи, свою систему ценностей, свои институты создавать и их развивать, ничего не будет. Институты, которые появились на Украине, которые стали заниматься силовыми акциями, они появились не сразу, их создавали десятилетиями, причем при коммунистах еще, со второй половины 80-х годов. Я ездил в Кишинев в то время несколько раз, проводил там всяческие мероприятия, я видел, как появляются вот эти вот ростки европеизированных сообществ уже в Кишиневе тогда, ориентированных на Запад. На Украине, кстати, очень похожая ситуация была.

Следующий момент. Сама по себе демократия как процедура, она без обеспечения какими-то ресурсами и структурами, гарантирующими закрепление результата, бессмысленна, бесполезна, надеяться на какие-то победы в выборах справедливые…  Вот нужно организовать процесс выборов таким образом, когда вы контролируете его, иначе бессмысленно. Да и все, кто участвовал в этих выборах, прекрасно понимают, что если нет системы контроля эффективного над выборным процессом, избирательным процессом как таковым, и потом закрепления, в том числе, силового закрепления  результатов, никакого смысла в этом нет. Поэтому, я к чему говорю, –  надежды на какие-то демократические выборы, в результате которых победит здоровая идея, они бессмысленны.

А база вся для этого, социальная база в Молдавии и в Приднестровье, безусловно, есть. Это как та почва, которая прекрасно созрела, наложена, а ресурсов или умения собрать с нее урожай нет, вот в чем дело. И как это сделать я пока просто не знаю, я не готов к этому. Общая схема, на самом деле, очень простая. То, что американцы называют сеть ацентрической войной по отношению к России, потому что война идет на самом деле, она предполагает четыре уровня.  Первый уровень – это создание общественных организаций, форм и пунктов гражданского общества, научных, образовательных, в том числе, и религиозных, и конфессиональных каких-то, это первый уровень. Потом идет СМИ, единая поддержка на разных уровнях, но особенно на сетевом уровне. Потом административно-политический, и потом уже силовой. И вся хитрость заключается в том, чтобы запараллелить все эти четыре процесса, чтобы они шли одновременно, причем первые два более важны, чем третий, уж тем более, чем четвертый. У нас почему-то часто говорится так: «Выборы проведем, получим мандаты, и все будет хорошо». Ничего не будет, если первые два не будут, и, наоборот, если создавать целенаправленно, как это было в 80-е годы, унаваживать эту почву, то, на мой взгляд, тогда что-то может получиться.

В чем здесь есть перспектива? А в этом же самом вмешательстве Соединенных Штатов. Их политика, на самом деле, дает очень серьезные аргументы для противостояния. Смотрите, что происходит. Американцы хотят достаточно бесцеремонно сохранить свой контроль над военно-политической и финансово-экономической системой, которую бы они создали для себя, очень удобную, она не равноправная, но дело-то в том, что все это понимают. Я буквально вчера говорил с одним парнем, он гагауз, он говорит: «Американцы действуют нагло, и все это в Молдавии знают». Это значит, что доказывать, как 20-25 лет назад, что американцы лишили нацию суверенитета, государственных институтов, уже мало кому надо.  Значит, они будут пытаться и дальше делать таким бесцеремонным образом, и каждый раз они будут натыкаться на такую же ситуацию не только с нами, они будут натыкаться и с Китаем, и в Арабском мире, и все попытки объяснить какие-то формы сотрудничества с американцами, они, на мой взгляд, совершенно бесперспективны. То есть в этом смысле американская стратегия будет работать, как ни странно, на нас. Все уже привыкли к тому, что в Европе нет ни одной страны с настоящим суверенитетом. И последнее, что я хотел сказать, пятый тезис. К сожалению, ситуация развивается достаточно драматично. Я в свое время, это был 87-й год, тогда я писал по просьбе Фалина, записку, он тогда был секретарь ЦК по международным вопросам, о планах американцев в отношении СССР. Там четко совершенно просматривалась директива, которая была утверждена, потом ее рассекретили, но это был уже 94-95 год. Она была очень простой: развалить Организацию Варшавского договора, потом Прибалтика поэтапно, Молдавия, кстати сказать, тоже в этот спектр входила, потом Средняя Азия, а потом Россия. Вот мы подошли сейчас к этому последнему этапу.

Американцы сейчас, если вы заметили, окружают уже достаточно бесцеремонно Россию по южному флангу. Хотим мы или нет, нам надо будет сейчас бороться в России за фланги, даже если не хотят в администрации и не видят сегодня там угрозы, они все будут вынуждены это увидеть потом, они все равно будут вынуждены с этим считаться. Администрация наша, поверьте мне, по моему опыту, имеет свойство, она всегда опаздывает месяца на три-четыре. Вовремя что-то сделать никогда не получается, начинают что-то делать, когда уже поезд ушел, там огни светятся где-то вдалеке, вот тогда они бросаются догонять, и, бывает, даже догоняют.

Американцы создают нам «облачного» противника, в данном случае они создали Евросоюз в виде противника России на Украине, но все уже об этом говорили, а то, что там с самого начала уши американские торчат, никто видеть не хотел до тех пор, пока они с печенюшками не появились на Майдане.

Так и на молдавском направлении, они будут не сами лезть, а использовать Румынию. И они будут дальше продвигать румынизацию Молдовы, чтобы не допустить консолидацию на южном фланге. Но для себя-то они прекрасно понимают, и всегда у них главный приоритет был – Украина. Потому что они прекрасно понимали, что если Украина восстановит свои отношения с Российской Федерацией в полной мере то это будет их геополитический крах… Кстати, когда договор с Украиной в 96-97 году подписывали и ратифицировали, аргумент, который я за этот договор выдвигал, был следующий – нам не нужно портить отношения с Украиной, нам надо менять в Украине режим, и чтобы режим объединился с Россией. Договор-то подписали, а дальше все, как всегда, забыли про то, что там происходит.

КАРАМАН А.А.:

– Вот вы упомянули Россотрудничество, Румыния начинала с Молдовой с полутора тысяч стипендиатов-студентов в румынских вузах, и в прошлом году их уже 5 тысяч и идут переговоры об увеличения до 10-12 тысяч, Российская же Федерация Приднестровью дает всего 200 мест в своих ВУЗах, и столько же Молдове! Откуда взяться пророссийской прослойке интеллигенции, откуда ей там взяться?

ШУРЫГИН В.В.:

– Спасибо большое. Поскольку заговорили все-таки и о конфликте, о конфликтах вспомнили, я дам военно-политическое определение обстановки. Все мы помним прошедшее лето, которое фактически прошло под большим прессингом того, что вот-вот конфликт перебросится с Украины на территорию Приднестровья. И в рамках этого, конечно, была очень большая истерия в прессе, во многих других местах. Я думаю, что, в какой-то мере, это была такая пропагандистская операция, которая должна была спровоцировать конфликт. Было совершенно очевидно, что из четырех сторон того самого договора, который вы упомянули, единственная сегодня заинтересованная в конфликте сторона это Украина. Потому что именно она перебрасывала на границу с Приднестровьем войска, именно она создавала там фактически ударную группировку, именно она начинала возводить инженерные заграждения. Именно Украина проявила еще и целый ряд шагов, которые пытались спровоцировать уже саму Молдову на присоединение к жесткой блокаде Приднестровья.

Очевидно, в этом случае, что перенос конфликта на свою западную границу давал возможность Украине в очередной раз обвинить Россию в том, что она расширяет экспансию и вот-вот нападет на Украину. Этот знаменитый выдуманный марш на Одессу, что приднестровские дивизии уже готовы вторгнуться в украинское пространство и захватить Одессу. Но давайте все-таки расставим точки над «и». Я бы хотел напомнить, что на сегодняшний момент приднестровская армия – это примерно от 12-ти до 15-ти тысяч в общей сложности, военнослужащих которые вооружены достаточно устаревшим оружием. Это вооружение, которое осталось в наследство от Советского Союза, плюс очень небольшой процент техники, которая производилась в самом Приднестровье. Поэтому Приднестровье ни при каком раскладе не может Украине угрожать, то есть это совершенно безумная идея.

Надо понимать, что в Молдове, в отличие от Приднестровья, кроме армии, насчитывающей примерно 7 тысяч военнослужащих, еще примерно 25 тысяч силовых структур в МВД. Но даже в этом случае армия Молдовы не составляет из себя ту военную силу, которая готова была бы активно вмешаться в конфликт. И здесь надо отдать должное, на мой взгляд, всем участникам тех событий. И Молдове, которая не дала себя в какой-то степени спровоцировать на агрессию. И, безусловно, Приднестровью, которое смогло выдержать этот прессинг. И заканчивая достаточно выступление, хочу сказать, что с военной точки зрения, конечно, сейчас нет причин для военной истерии вокруг конфликта Приднестровье-Молдова. И нужно понимать, что после, можно сказать, ракетной премьеры новых российских вооруженных сил в Сирии, 200 тысяч граждан Российской Федерации, которые находятся в Приднестровье, могут спасть спокойно. Они, конечно будут Россией защищены. И я хотел бы передать слово моему товарищу Валерию Михайловичу Коровину, директору центра геополитических экспертиз.

Коровин

КОРОВИН Валерий Михайлович, директор Центра геополитических экспертиз:

– Ну, тогда с геополитической экспертизы обсуждаемой темы я и начну. Обращаю внимание, что те события, которые происходят в Молдове и в целом на постсоветском пространстве, были спровоцированы самой Россией в тот момент, когда Россия встала на путь геополитической самоликвидации, то есть приняла, если выражаться в терминах теории международных отношений, либеральную доктрину развития. Главный тезис этой либеральной доктрины гласит, что либеральные демократии друг с другом не воют. И если США есть оплот либеральной демократии, и Россия, принимая либеральную доктрину себе на вооружение, снимает конфликт с Западом, и главной задачей в этот момент становится интегрироваться в Запад как можно безболезненнее и быстрее. По сути, с момента распада Советского Союза Россия соревновалась с постсоветскими республиками, спеша интегрироваться в Запад наперегонки, кто вперед туда интегрируется.  И понятно, что, в принципе, была снята тема противостояния двух цивилизационных блоков, а в геополитической терминологии это Атлантистский и Евразийский блок, и восторжествовал в мире один блок – Атлантистский, один центр принятия решения – это Вашингтон. Поэтому не было никакой разницы в том, с какой скоростью и кому туда двигаться, и кто быстрее туда придет, потому что все двигались в одну точку: и Россия, и постсоветские республики. В этом плане винить Молдову в том, что она двигалась на Запад или была ориентирована на Запад, несколько странно, потому что мы сами двигались до последнего момента на Запад, стремились 15 лет вступить в ВТО, и, в конце концов, в него вступили.

Ситуация переломилась в тот момент, когда Путин произнес свою известную Валдайскую речь, где заявил о суверенитете России. Дальше последовал американский реалити-чек, то есть сверка с реальностью в виде событий в Южной Осетии, где американцы проверили, действительно ли Россия настаивает на суверенитете. И в этот момент произошла так называемая геополитическая революция, то есть Россия вновь объявила себя геополитическим субъектом, а именно Евразийским, то есть выбрала сторону, став полюсом. В этот момент все устремления постсоветских республик на Запад приняли антироссийский характер. Потому что Россия, заявив о создании проекта Евразийской интеграции, приняла антиатлантистский формат, став центром Евразийской цивилизации, Евразийского развития, соответственно, все, кто не с Россией, продолжал по инерции двигаться на Запад, приняли противоположную сторону или автоматически оказались на противоположной стороне. То есть это, по сути, механический процесс.

Теперь, что касается дальнейшего развития событий с геополитической точки зрения. Вот эта Прибалтийско-Черноморская дуга, которая сегодня здесь уже упоминалась, в геополитических терминах является ничем иным как буферной зоной. То есть это то, что разделяет два типа цивилизации: евразийскую цивилизацию с центром в России и западную, атлантистскую, в геополитических терминах, цивилизацию в лице Вашингтона и Европы, которая стала неким плацдармом для продвижения американских интересов на Евразийском континенте. Когда существуют две этих сильных категории – евразийская и атлантистская цивилизации, их от горячего конфликта, от прямого столкновения, разделяет та самая буферная зона, но только в том случае, если государства, входящие в буферную зону, являются нейтральными, то есть не принимают ни евразийскую сторону, ни атлантистскую.

Что мы наблюдаем сегодня? Все государства, входящие в буферную зону, а это преимущественно государства постсоветские или входившие в блок Варшавского договора, приняли сторону, то есть они находятся под внешним управлением, что сегодня было неоднократно заявлено, Вашингтона, то есть являют собой сторону цивилизационную, а именно являются авангардом проамериканских сил в Европе, уже отсекающих Европу от России, уже не дающих сложиться российско-европейскому альянсу, и это превращается тогда не в буферную зону, а в санитарный кордон. Европа оказывается в тылу, а на передовой оказываются проамериканские государства, захваченные и управляемые Вашингтоном. И в этот момент, если принять за норматив слияние Европы с США в единый Атлантистский полюс, Трансатлантический альянс, мы видим ситуацию непосредственного соприкосновения евразийской и атлантистской цивилизаций, что неминуемо на следующем этапе приводит к горячему конфликту между Западом и Россией. То есть сегодня мы стоим в ситуации неизбежного цивилизационного конфликта России и Запада. Возникло это в тот момент, когда Россия приняла сторону, раз, когда Запад, в первую очередь, США захватили буферную зону, придав ей геополитический маркер, атлантистский геополитический маркер, тем самым запустив обратный отсчет неизбежного конфликта между Россией и Западом.

Что можно сделать в этой ситуации? Можно, конечно же, ввязаться в конфликт с Западом, что для России не в первой. Мы каждое столетие отбиваем попытки Запада разрушить русскую цивилизацию, захватить наше пространство, лишить нас суверенитета, поработить и эксплуатировать в своей обычной манере колониальной. Есть и другая стратегия использования мягкой силы, то есть перекодирование тех государств, которые находятся сегодня в пространстве санитарного кордона. И вот те цифры, которые сегодня приводились относительно Молдавии, 60% рейтинг Путина, 80% доверяют Православной Церкви, 57% за интеграцию в Евразийский союз, являются, на мой взгляд, показательными. И, в принципе, те же самые цифры можно отнести к большинству государств этого санитарного кордона, это пассивное молчаливое большинство, которое будет оставаться пассивным до тех пор, пока элиты в этих государствах будут настроены в проатлантистском ключе.

Таким образом, действия относительно государств, находящихся в зоне санитарного кордона, могут быть следующие. Активная политика России, симметричная американской, направленная на смену элит. Это сильная политика, здесь нечего стесняться, потому что американцы совершенно не стесняются, нужно включаться во внутриполитические процессы таких государств как Молдавия, Украина и даже Белоруссия, и даже прибалтийские государства, влияя на ситуацию смены элит на откровенно пророссийские. Это легальный ход, который был легализован Соединенными Штатами Америки по всему миру, поэтому здесь мы не переходим никакой красной черты. И второе – это создание пророссийских сетей на основе вот этого самого пророссийского большинства. А такая картина относительно поддержки Евразийской интеграции и пророссийских настроений, на самом деле, фактически присутствует везде, даже на Украине, даже уже сегодня в государствах Прибалтики, которые стоят на грани экономического коллапса вместе со всей остальной Европой.

То есть следующий шаг – это создание пророссийских сетей в рамках как раз концепции сетевых войн и давления снизу на власть. Если совместить эти два подхода, с одной стороны, активно вмешиваться во внутриполитическую ситуацию в этих государствах, оказывать давление на элиты, вмешиваясь в электоральный процесс, в политический процесс и открыто поддерживая пророссийские силы, именно открыто, что придает им уверенности и решительности и приводит к успеху – раз, и давление снизу с помощью пророссийских сетей в формате некоммерческих организаций на гуманитарном уровне – два, очень быстро даст нам возможность без использования обычных вооружений вернуть вот это пространство санитарного кордона или буферной зоны, если не на пророссийские рельсы, то хотя бы в нейтральную позицию, то есть в позицию буферной зоны, которая разделяет нас цивилизационно и отводит от ситуации прямого конфликта.

Таким образом, вмешательство во внутренние процессы в этих государствах – это то, что отодвигает мир от состояния войны, на грани которой мы сегодня все оказались.

ШУРЫГИН В.В.:

–Тут хотел Владимир Юрьевич сказать очень важное дополнение.

АНТЮФЕЕВ В.Ю.:

– Я считаю, что нужно спасать синицу в кулаке, понятно, думая о журавле в небе. В данном случае Молдова – это журавль. Нужно нащупать те силы, объединить их как-то совершенно по-другому. И правильно  было сказано о том, что используют западники. Я с этим сталкивался 20 лет. Они шаг за шагом работают сетями со всеми слоями общества. Если Россия допускает одну и ту же ошибку – она ставит на какого-то лидера, предателя заведомо в регионе, которого легко трансформировать, то они работают по сетевому принципу и со всеми группами населения, и достигают результата, этого доказывать не надо.

Но я хочу сказать о Приднестровье. Приднестровью осталось жить недолго. Примерно десять лет назад Евросоюз посадил Приднестровье на иглу преференций, и по существу Приднестровье экспорт/импорт реализует сегодня как член Евросоюза. И посмотрите результат, это важно. В 2006 году приднестровский экспорт в ЕС составлял 26,5%, в РМ 8,4%, в Россию 46,2%. Сейчас в Молдову приходит 50%, в ЕС 34%, в Россию 8,2% – полностью переориентирована экономика. Об этом нужно думать и говорить. А с 1 января эти преференции прекращаются и поставлено жесткое условие – или Приднестровье идет под молдавское законодательство, или лишается этих преференций. В таком случае Приднестровье лишается порядка 40% поступлений в бюджет, и тогда начинаются совершенно другие процессы.

Нужно спасать Приднестровье. Приднестровью осталось жить до 1 января. Приднестровье при том экономическом раскладе, когда его лишат преференций, проживет, ну, полтора месяца и все. Как же можно спасти Приднестровье? Во-первых, необходимо немедленно поднять тему 1 января 2016 года, тем более это не выдумано, планы есть, их не скрывает Запад, как это все будет происходить, причем помесячно, даже понедельно. Необходимо вновь поднять вопрос о статусе Приднестровья. Переговоры о статусе Приднестровья постоянно срывались. А что могло спасти Приднестровье, а значит и ситуацию на перспективу? Приднестровью нужен отложенный статус. Это позволит Приднестровью жить и развиваться, как это предусмотрено меморандумом 1997 года, его никто не отменял, там подписанты: президенты Украины, России и ОБСЕ – гарант этого. При соблюдении позиций этого меморандума Приднестровью необходим отложенный статус. И вот тогда Приднестровье, которое до этого  проявляло чудеса выживаемости, а сейчас даже сам Кишинев смотрит на Приднестровье как уже обреченное образование, увидит, что Приднестровье выживает. И вот это и будет примером и тем импульсом для тех сил в Молдове, которые могут составить основу здорового истинно евразийского движения. Может быть, я несколько эмоционально, но это так!

ШУРЫГИН В.В.:

– Передаю слово Кириллу Фролову – главе Ассоциации православных экспертов.

Фрол

ФРОЛОВ Кирилл Александрович – глава Ассоциации православных экспертов:

– Владимир Юрьевич уже предвосхитил то, что я хотел сказать. Здесь два совершенно ложных подхода. Один говорит, что есть только Приднестровье, и нам плевать, что будет на правом берегу. Другой – такой же крайний, что ради победы пророссийских сил в Молдавии мы должны сдать Приднестровье в единую Молдову. По этой логике не нужно было возвращать Крым ради победы пророссийских сил в единой Украине, не нужно сейчас отстаивать Донецкую и Луганскую народные республики и нужно отдать их Украине. И сторонников подобного подхода, к сожалению, в Российской элите много. Типа Крым мы не отдадим, а Донецк и Луганск разменяем ради гипотетической, мифической победы пророссийских сил. Последнее – я полемизировал с одним из коллег, который говорил, что цель российской политики была вернуть Украину во времена Кучмы, и для этого нужно отдать Донецк и Луганск. Во-первых, Украина времен Кучмы – это антироссийское государство. Кучма в этом смысле намного опаснее прямых и откровенно честных нацистов. Он пришел к власти под российскими лозунгами и был хуже и опаснее в итоге, написал книгу «Украина не Россия».

На самом деле нужно и Крым брать, и Новороссию спасать, и не сдавать все остальные части Русского мира, в том числе территорию СССР. Это ложное противопоставление, это призывы к тому, что нужно левое полушарие, а правое не нужно, завязывать правый шнурок, а левый – не нужно. Нет, нужны две руки, две ноги, и тот, и другой подход. Поэтому мы не можем наплевать и проигнорировать волю народа Приднестровья, она священна, народ Приднестровья на семи или восьми референдумах четко и ясно сказал, что он хочет быть в составе России.

Действительно, Приднестровье на грани уничтожения. Конечно, в случае того проекта, который я отстаивал и отстаиваю, и пишу книги об этом, проекта большой Новороссии, все было бы просто – Приднестровье с Одессой было бы наше, и мы бы уже туда ездили, и все было бы нормально. И почему было принято другое решение, мы не знаем, было бы то же самое, те же самые санкции, но все от Харькова по Одессу уже было бы Россией. И я считаю, что это влиятельная пятая колонна остановила, потому что проблемы внешние были бы те же самые, но мы бы имели больше.

Но, как правильно было сказано, у нашей элиты догоняющий характер, то есть те же самые решения будут приняты, но с запозданием, с гораздо большими жертвами. Я сам был в Одессе, и она была готова, и следствие того – я живым и невредимым вернулся. СБУ-шники еще думали, на чьей стороне бунт, они ждали. Но лучше поздно, чем никогда. Действительно украинское направление – это самое слабое место в Российской политике, нужно пока не поздно хотя бы в догоняющем режиме исправлять.

Итак, и Приднестровье, и Молдавия. Если мы признаем Приднестровье и уважаем волю народа, это не значит, что нам не интересно наше присутствие на правом берегу. Действительно, патриарх Кирилл был абсолютно прав, потому что и Молдавия тоже является частью Русского мира, приводя пример Кантемира, митрополита Гавриила (Бэнулеску-Бодони) и современных выдающихся молдаван – представителей Русского мира, таких как среднеазиатский митрополит Викентий, этнический молдаванин.

И что мы видим в Молдавии? Именно формат Изборского клуба, который позволяет создать такой, я бы сказал, со знаком плюс северную смесь, мобилизационную смесь энергии православия и социальной справедливости. Молдавия – это территория Московского Патриархата, это огромная митрополия – пять епархий, тысяча приходов. Что мешает тем же самым социалистам (с Ворониным все ясно – это предатель, и мы его уже обсудили, о нем стоит забыть), что мешает социалистам пойти в настоящий народ, в эту православную толчу? Есть духовный лидер – епископ Маркелл, который ничего не боится. Вперед, знамя есть. Есть еще тысячи православных граждан, которых можно мобилизовывать.

Мы в России вот этим идеологическим аргументом не пользовались. Казалось бы, европейская интеграция – абсолютно антихристианская идея. Когда мы говорим, что Соединенные Штаты Америки – это Соединенные Штаты Антихриста, мы не преувеличиваем. С признанием однополых браков они провозгласили евроинтеграцию, антихристианство, дехристианизацию своим лозунгом. Это ли не мобилизует огромные православные массы населения Молдавии? И, кстати, Малороссии тоже. Мобилизует.

Чего же мы боимся? Мы все время опираемся на вот этот бред секуляризма. Почему оппоненты не боятся, те же самые американские республиканцы, религиозных лозунгов, исламский мир не боится, мы одни боимся? Вот Молдавия – готовая православная страна. Наконец-то в Москве открыли огромный храм – подворье молдавской митрополии. Это сильный хороший ход, он должен быть очень сильно подкреплен политической волей. И так поход в толчеи православных приходов многократно усилит.

Дальше. Епископ Маркелл. Дальше. Даже в Румынии – президент Румынии Клаус Йоханнис – это антиправославный деятель, который жестко подавляет даже румынский патриархат. Это ли не аргумент против румынизации Молдавии? Серьезный аргумент. Вы знаете, что в самой Румынии очень жесткие чистки православного актива, всех интеллектуалов, священников жестко подавляют ради вот этой антихристианской диктатуры. Даже Румынский Патриархат – враг вчерашних дней, он сейчас парализован, у них нет политической воли, и Патриарх румынский Даниил, ему не до Молдавии сейчас. И сейчас позиции Московского Патриархата сильны. Если Маркелла максимально усилить сетевым образом, информационным и так далее, все это не используется и на 0,9%.

Но, если социалисты и «царь Додон», мы его так любя называем, соединят энергии православной мобилизации и социальной справедливости, это будет позитивная православная атомная смесь. И если в России хотя бы ради политической выживаемости, ради прагматичных целей наконец-то преодолеют этот секулярный бред, либеральный бред, сейчас вопрос выживания, сейчас не до жиру, как ходят чиновники администрации и встречаются в церкви – их личное дело, надо хотя бы понимать значение здесь сказанного, вот в чем вопрос.

Я считаю, что создание Изборского клуба необходимо и в Молдавии, и в Приднестровье, одно другому не противоречит. Наш круглый стол может быть остановлен по регламенту, но завтра будет продолжение нашей темы, я всех вас – и молдавских коллег, и приднестровских коллег, и коллег из Новороссии приглашаю на экскурсию, которая посвящена именно объединению православных и социальных факторов, истории православной России в ХХ веке в Манеже в 12 часов. Андрей Кормухин – наш организатор, ему огромное спасибо. Он не просто организовывает экскурсию, но он выбил там зал, чтобы в 3 часа мы все могли встретиться и поговорить о будущем Русского мира, потому что пора на основе нашего великого прошлого не унывать, не впадать в состояние безысходности, тем более у нас есть такие хитрые и умные карты,  как отложенный статус.

Титушкин

Диакон Андрей ТИТУШКИН — руководитель службы региональных связей, отдел по взаимоотношению Церкви и общества.

—  Очень много интересных мнений прозвучало. Недавно я был и в Молдавии, и в Приднестровье в рабочей поездке, смотрел, как живет народ и в Приднестровье, и в Молдавии, я часто путешествую по регионам в силу служебных обязанностей и смотрю, как в Российской Федерации живет народ. Важно действительно нам сохранить Русский мир – тот Русский мир, о котором говорит Святейший Патриарх, важно сохранить единство – то единство, которое нам обеспечивает Церковь, именно церковь нам дает единство, и Молдавская Церковь неспроста пребывает в каноническом общении с Московским Патриархатом, она часть Московского Патриархата, часть Русской Православной Церкви. Естественно, мы рады, что активная Епархия и в Приднестровье, и мы молимся Богу, чтобы и Украинская Православная церковь оставалась в составе Московского Патриархата.

Правильно было сказано, что многие люди стремятся к России, многие люди стремятся к Русскому миру, к единству. Но очень важно здесь всем нам политологам, чиновникам, общественным деятелям понимать, может быть, я маленькую аналогию приведу. Я когда рукополагался, положено перед принятием священного сана подписать присягу у духовника Епархии. Духовник Епархии, как правило, опытный священнослужитель, один из самых опытных, пожилой, который имеет духовный авторитет, он мне сказал следующее: «К какому священнику люди потянутся? К образованному? Да. Но это не главный факт. К хорошему оратору? Да. Но это тоже не главный факт. Хорошему человеку, который хорошо ориентируется в каких-то вопросах? Да, это все важно, это все нужно. Но люди потянутся в первую очередь к священнику-молитвеннику». Вот эти слова можно перенести и на политиков, и на общественных деятелей. К кому люди потянутся, кому люди доверят? Тем, кто будет действительно о людях думать. Это, может быть, звучит банально, люди, конечно, хотят жить счастливо, в достатке, хотят чувствовать какую-то заботу государства. И поэтому, если и называем мы себя и консерваторами, и патриотами, то, естественно, это должно соответствовать тем целям, которые мы рекламируем.

А то у нас тут недавно было очень важное мероприятие, о котором все писали, во всех СМИ, это бал детей чиновников, спортсменов, среди которых огромное количество патриотов. И вот эти дети, которые приехали на частных бортах из Лондона и других стран, прямо говорили журналистам, что да, в России так интересно, можно приехать один раз в три месяца, посмотреть, тут много чего прикольного, много чего интересного, а жить они в России не хотят. Об этом писали очень много в блогосфере, я не секретные данные рассказываю. И это дети многих наших чиновников, общественных деятелей, спортсменов – те люди, в честь которых поднимался когда-то российский флаг на международной арене. И вот люди будут доверять нам, общественным деятелям, чиновникам и церкви тогда, когда тот или иной чиновник, тот или иной политик по-настоящему заботится о народе, является и в сердце патриотом, то есть действительно горит за Россию, за Молдавию, за Украину. А не то, что, как обычно говорят – они там ругаются, портфели делят, никак не могут портфели в Госдуме поделить, или в Раде не могут портфели поделить. Главное, чтоб вот этого не было, тогда люди не будут терзаться – быть им в Евразийском Союзе или в Евросоюзе, люди сразу поверят, сразу доверятся и отдадут свои голоса, отдадут свое сердце и поверят в признанного общенационального лидера или нескольких лидеров.

Анпилогов

АНПИЛОГОВ А.Е., блоггер:

– Я очень хорошо знаю этот регион – и Приднестровье, и Молдавию, и Буджак, и Одессу. Я десять лет проработал там.

Слушая здесь представителей Молдавии, представителей Приднестровья, представителей России, можно сказать, что суверенитет в нынешнем мире, государственный суверенитет, национальный – это великая роскошь, которая была нами утрачена в 91-м году, причем она была утрачена во всех ипостасях – и в экономической, и в политической, и в духовной. И то возрождение, которое началось последние буквально пять лет, это процесс очень непростой, в котором мы постоянно будем между двумя моментами:  между своей собственной самостью, кто мы есть, и между теми соблазнами, которые дает утрата суверенитета. Самое интересное в утрате суверенитета, что многие воспринимают его как процесс позитивный. Мы опять можем здесь привести примеры того, что звучало в выступлениях наших коллег. Например, Молдавия говорит: «У нас всего шесть тысяч армия. С точки зрения расходов на армию – пожалуйста, у нас сесть дядя, который за нас решает все вопросы безопасности. Этот дядя, конечно, находится в Соединенных Штатах Америки». И люди, которые мыслят категориями не самости, а некой выгоды, а это, что греха таить, очень сильно вошло в наш код, считают, что это хорошо. Мы не тратим деньги на оборону, значит тратим на эконмику.

Посмотрим на наши отчеты, которые очень грустно прозвучали со стороны Приднестровья – 60% товарооборота со странами ЕС. И это опять был сознательный выбор тех людей, которые этот товарооборот наращивали, которые забывали о своих связях, которые говорили: «Зачем нам торговать с Россией, мы будем торговать с ЕС, это более выгодно».

Звучало здесь, что даже вопросы восстановления единого рынка идут через какие-то схемы, которые связаны с выгодой. Звучало, что контрабандисты Приднестровья и Молдавии очень легко договорились между собой, когда встал вопрос о том, что это вопрос денег.

И здесь, возвращаясь к России, нужно сказать, что невозможно быть чуть-чуть беременным. Если мы говорим о возврате суверенитета, то нужно ставить вопрос о возврате суверенитета во всех ипостасях, а не только в военной ипостаси, которая сейчас была продемонстрирована во время ситуации в Сирии. Должна быть точно так же духовная суверенность государства, должна быть политическая суверенность, экономическая суверенность, должен быть образ будущего.

И мы не можем иметь некий пустой образ – у нас есть Евразия, у нас есть Атлантика, у нас должен быть наполненный образ. Может быть, в выступлении моего уважаемого коллеги Коровина просто это не прозвучало, что в Евразии была всегда своя самость, своя самобытность, которая всегда противостояла атлантизму и задавала вот ту справедливость, вокруг которой сейчас и построена во многом идеология Изборского клуба, который объединяет очень разные силы, но каждая и этих сил имеет свою грань справедливости, свою грань соборности, которую мы все понимаем по-разному, кто-то понимает это в христианском плане, кто-то понимает в плане социальном. Один из главных праздников Украины – это День соборности Украины. На самом деле эти процессы идут в разных частях этого разорванного пространства. Нам нужно признать, что в 91-м году это пространство было разорвано.

Я хотел привести пример английских журналистов, которые посещали стройку Братской ГЭС в 60-е годы, и они тогда сказали, что их поразила чудовищная разница между Советским Союзом и западным миром. В Советском Союзе люди говорили: «Мы строим, мы делаем, это будет наше». А они, вспоминая свою страну, казалось бы, средоточие демократии, первая парламентская республика, они все время вспоминали: «Они строят, они захватили землю, они с нами враждуют и так далее».

И сейчас мы на этом столе увидели то, что и Молдавия, и Приднестровье уже вырабатывают какую-то общую стратегию. Они видят, что и в Молдавии, и в Приднестровье нарастают одни и те же процессы, что тот процесс, который был начат атлантистами, американцами, европейцами, он заводит эти нации в тупик, он не позволяет решить проблемы. Вот этот, казалось бы, отказ от роскоши суверенитета и от погони за сиюминутной выгодой заводит страны в тупик. И соответственно возврат к общему проекту является первой насущной задачей, после которого задачи Молдавии, Приднестровья и даже Российской Федерации решаются уже как подзадачи самого высокого уровня.

Кикешев

КИКЕШЕВ Николай Иванович – писатель-историк, член международного движения «Всеславянский союз»:

– У меня только вышла «Истоки славянской цивилизации», это вам для работы. Здесь по сути дела – история Молдавии. Если коснуться, это остатки Молдавии, потому что еще картах Молдавия от Праги, которая называлась Молдова, до Дуная. Это огромнейшая территория. Посмотрите горы, там Молдова, Молдовеняске и очень много русских топонимов. А откуда русский генетический код у молдаван? «Молодо» «ваны». Я родился в Могилеве-Подольском, как раз над Днестром, и для меня вся топонимика хорошо знакома, и вдруг я обнаружил массу топонимов, которые повторяются на Нижнем Дунае, Нижняя Вена, Нижний Дунай. Я эти карты приложил, они один к одному. «Ваны» – это как раз наши предки, кельты «ваны» как раз оттуда пошли. Поэтому молдаваны как раз сохраняют древнейшее наше генетическое прошлое. Поэтому румыны должны вернуть имя – молдаваны.

Розанов

РОЗАНОВ О.В.:

– Все сегодня обратили внимание на очень теплую атмосферу, которая сопутствовала всему круглому столу, хотя мы ожидали, что будут очень острые дискуссии, может быть, даже жаркие споры, но все проходило в братской любви, я бы даже сказал, в смирении. Это очень отрадно. Очень отрадно, что круглый стол проходил не в розовых очках, и не в черном цвете, то есть не было крайностей, был серьезный заинтересованный разговор о судьбах евразийского проекта в целом и в частности молдавского проекта, приднестровского.

Я думаю, что сказанное сегодня увидит свет в газете завтра, в журнале Изборский клуб, будет отправлено в администрацию президента, в Государственную Думу, в Совет Федерации, чтобы с этой проблемой ознакомились заинтересованные лица, что-то новое для себя узнали, может быть, увидели какие-то пути решения этого вопроса. Партия не проиграна, по моим ощущениям, партия только начинается. А учитывая русский менталитет, менталитет рывка, мы не способны работать, как работают англосаксы – в долгую, но мы ситуативно ведем себя очень выверено, четко и верно, мы способны наступать, у нас плохо получается отступление. То, что русское наступление началось, мы все видим. И Сирия – яркий тому пример.

Я думаю, что в ближайшее время проблема Молдовы, Приднестровья разрешится как на политическом уровне, так и с помощью Божьей, с помощью Церкви. Мы услышали, что Русская Церковь сегодня имеет самый высокий рейтинг доверия в Молдавии – 84%, а православными себя считают 94% населения Молдавии. Это огромный резерв, который будет использован, и будет использован правильно нашим политическим руководством и церковным руководством. Главное – не отчаиваться.

Пресс-служба Изборского клуба. 

Фото: Мурад МАГОМЕДОВ. 

См. также:

Материалы по теме:

В Молдове прошла 1-я международная конференция “Евразийский союз – Молдова: план действий”
В Молдове начало работу Евразийское агентство новостей EURASIANEWS
Александр Добря: О духовности, Евразийском союзе и конфликте цивилизаций
Более трети немцев и итальянцев считают Крым частью России

npb-logo-ru-1
ru_1

euraz_segodnea_11

banner_en_2013_1